Классический танец (балет) и хореография для взрослых, начинающих и продолжающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающиххореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Классический танец доступен каждому.
Попробуйте себя в балете!

хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих Уроки хореографии для всех:
для взрослых, начинающих с любыми данными.
Индивидуальные занятия и минигруппы 2-3 чел.,
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих любое время (утро, день, вечер, выходные).
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих Тел. (985) 640-64-16, м. Тимирязевская
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Добавить в избранное   Сделать стартовой
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Классы
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Новости
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Видео
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Словарь
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Уроки балета
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Контакты
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих  Обучение хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих  О балете хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих  Учебное видео хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Академия русского балета (Хореографическое училище имени А. Вагановой)
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Московская государственная академия хореографии
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Пермский государственный хореографический колледж
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих Другие классы
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих  Навигация по сайту хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Лента новостей
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Контакты, обратная связь
Обмен ссылками о танцах, хореографии, классическом танце, балете
Отзывы и пожелания
Обмен ссылками о танцах, хореографии, классическом танце, балете
Поиск минигруппы
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих   хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
13/07/2009 Михневич. В. Исторические этюды русской жизни. Том II. 1882.

XV .
Балет, в ряду позорящных игръ, с точки зрения меломановъ XVIII века — Недоумения и обмолвки по вопросу о начале балетных представлены в Poccии — Наши первые танцмейстеры и танцовщики — Балетная хореграфия в петровских маскарадах
 
Выше мы рассмотрели только народные и общественныя пляски, закончивъ нашъ обзоръ ХУШ столетием. Теперь мы постараемся очертить исторш развиия у васъ собственно балета, какъ искусства щ&шь зрелища, т. е. намЬтить характеристцчесшя черты того, какъ началась и водворялась у насъ эта отрасль сценической деятельности и какъ относилось къ ней общество.
Для знакомства собственно съ первоначальными опытами насазк- дешя на Руси этого искусства мы въ своемъ мйстй разсказали, какимъ образомъ еще задолго до Петра В. московски государевъ дворъ и «лутч1е> московсюе люди познакомились съ балетными представлешями, устраиваемыми нарочитыми артистами—-зайзжимп иноземцами, и получили къ нимъ большой вкусъ, не смотря на признав1е, съ точки зр?н1я господствовавшихъ тогда аскетическихъ взглядовъ, гръховваго и «бЬсовскаго> пропсхождешя такого рода зрЪлища.
Настояшдй очеркъ мы начнемъ съ петровскаго перюда, суще- ственнаго для насъ въ томъ отношенш, что въ его дни балету наравне съ другими зрелищами, уже знакомыми и принятыми русскими людьми въ предшествовавшемъ в^кй, но принятыми, какъ запретный плодъ, украдкой и съ оглядкой на требоватя суровой аскетической морали, теперь получаютъ полное право гражданства, становятся однимъ нзъ нормальныхъ отправленщ общественной жизни. Впрочемъ, Петръ В. быль слпшкомъ занятъ бол-Ье важными общественными и государственными задачами и^ какъ работникъ, слишкомъ мало развлекался эстетикой, чтобы пмйть досугъ и лишшя средства позаботиться о прочной и пра­ вильной организащи русскаго театра вообще. Въ его дни это д'Ьло подчинялось'вол* разеыхъ случайностей; царь принимался за. его устройство урывками, при удобныхъ оказ1Яхъ, если так1я подвертывалпсь подъ руку, и скупился тратить на него время и деньга,— въ особенности, деньги, такъ что въ его царствоваше питомцы Мельпомены, свои и за*зж1е, нер-Ьдко скитались и босы и голодны, за неплатежемъ имъ отъ казны обйщанныхъ гонораровъ.
Несомненно, однакожъ, что уже и въ то время у насъ суще­ствовали зачатки театральныхъ зрЬлищъ и въ томъ числи балет-ныхъ; не было недостатка и въ исполнителяхъ, какъ своихъ, такъ н зайзжихъ, Со временъ Алексия Михайловича вошло въ обычай каждаго иностраннаго антрепренера, пользовавшагося государевымъ гостепршмствомъ и разрйшешемъ давать представлешя, обязывать обучить своему искусству известное число русскихъ молодыхъ людей, нарочно для того выбранныхъ. Такъ при АлексЬ-Ь Михайлович* нймецкш^комедшный мастеръ> Готфридъ обучилъ своей профессш 26 челов'Ькъ русскихъ мЪщанскихъ дйтей. При Петр* В. бЛЁБ выписанъ изъ Данцига такой-же «мастеръ» Яганъ Кувштъ и, какъ его, такъ и его преемниковъ царь обязывалъ обучать назначен- ныхъ «по наряду> русскихъ недорослей, «съ добрымъ рад4н"1емъ и всякимъ откровешемъ», декламащи, сценической игр*, музыки и танцамъ. Заправскш «комеддантъ» того времени долженъ былъ быть м^стеромъ на всЬ руки: онъ, смотря по надобности, являлся и пйвцомъ, и актеромъ и балетнымъ танцовщикомъ.
Такимъ образомъ, артистическш классъ у насъ постоянно возра-сталъ и въ дни Петра В. руссшй <комед1антъ> не составлялъ уже большой редкости. Правда, эти наши первые питомцы Мельпомены были очень nioxie артисты я больше занимались пьянствомъ и буй-ствомъ, ч4мъ служейемъ своей муз?, но это иначе и быть не могло.
Нужно заметить, что тогда подъ «комедШнымъ дйломъ» разу­мелось отнюдь не одно лишь чисто-драматическое искусство, а вообще все театральное, т. е. и драма, и опера, и музыка и ба-летъ и даже канатная эквилибристика. Все это носило общее наз- ваше «комедШнаго д , Ьла>, «шпильманской мудрости> или «позорищ- ныхъ игръ». Точно также всякй сценическш деятель назывался «мастеромъ» —словомъ, вовсе не отвйчающимъ поняйямъ «артиста», да и на самомъ д'Ьл'Ь поня'пе это было чрезвычайно растяжимо.
Публикуется, напр;, въ 1734 г., въ современной газетЬ, вновь прибывшш въ Петербургъ «известной англшской по^гтудной ма-емеръъ которой «уже честь имЬлъ многихъ государей своими удивительными д г Ьйств1ями увеселить»... И иодъ этимъ громкимъ артясти- ческимъ титуломъ оказывается попросту монстръ, который сбезъ ногъ> родился п этимъ дивомъ приглашаетъ «охочихъ людей у веселить >.
Малоразвитые и праздные люди, какими были наши вельможи ирошлаго вика, действительно, отъ души <увеселялась> монстрами, юродивыми, шутами, — увеселялись и наслаждались нисколько не мен$е, если не более какъ и трагед1ей, оперой, балетомъ. Все, что могло позабавить глазъ, развлечь внимаше, удивить—все это безразлично воспринималось, какъ «потеха>, какъ спозорнще>, со­вершенно независимо, въ большинстве случаевъ, отъ требованш вкуса и эстетическаго чувства, или слишкомъ грубаго или вовсе заглохшаго. Такимъ образомъ, въ кругъ забавъ, напр., Анны Ива­новны входили, съ одной стороны, шуты, уроды и блаженные, съ другой—итальянская опера, балетъ, салонные «куртаги> и даже, случалось, «астрономически обсервацш>, гидравличеше ипневмати- ческ1е <опыты>, которые нарочно <для забавы, къ высочайшему удовольствш>, жрецами де-шансъ-академщ во'дворце представля­лись. Все это въ различной степени служило къ увеселешю—не бол^е, и входило въ широкую область «позорищныхъ игръ>.
Должно сказать, что даже собственно театральныя предста-влешя состояли тогда, чаще всего, изъ смеси всехъ родовъ сцени-ческаго искусства, такъ что, въ общемъ, выходилъ какой-то пестрый спектакль, вроде техъ, какими подчуютъ ныне кафе-шантаны.
Это происходило отчасти оттого, что усвоенной ныне, точной и строго разграниченной классификацш родовъ и элементовъ сцениче-скаго искусства наши предки не знали, да и современная имътеорш по этому предмету была довольно сбивчива и неправильна.
Съ этой Teopiefi впервые познакомили русскую читающую пу­блику ученыя «Примечатя къ Спб. Ведомостями въ 1733 г., водъ ваглав1емъ: «О позорищныхъ играхъ или комед1яхъ и траге-дгяхъ». Это рядъ статей, въ которыхъ трактуется «наипаче о техъ славныхъ позорищныхъ играхъ, которыя подъ именемъ оперы известны>, но почему-же? А потому, говорить авторъ, что «въ опе-рахъ часто зело удивительныя вещи, яко морсия и сухопутныя войны, громы, молвш и симъ подобныя представляются».¦.
Понятно^ что притакомъ наивномъ взгляде на значете «позо­рищныхъ игръ>, въ число которыхъ авторъ вводитъ, между прочимъ» кат то непостижимыя для насъ «пастушьи игры», «ругательный игры» и даже «кукольныя комедш»,—при такомъ взгляд*, говоримъ, естественно было для интереса спектакля смешивать оперу съ бала- ганнъшъ фарсомъ,-трагедш съ балетомъ, а балетъ съ акробатскимъ искусствомъ. Такъ оно было и на самомъ д'йл'Ь. Дается, напр., мп- CTepia : «Какъ Артаксерксъ вел*лъ повысить Амана», и при этомъ тйшатъ зрителей игрою «на органахъ и фюлахъ», танцами и «вся­ кими пот4хами разными».
Да и самый балетъ въ начали XVIII столетия былъ совс4мъ не такимъ, какимъ мы видимъ его въ настоящее время. Даже у себя на родине, въ Италш, а также во Францш, давшей ему наибольшее раз­ витее, онъ находился тогда еще въ зачаточномъ состоянш и р?дко им$лъ самостоятельное значеше, какъ обособленная отрасль искус­ ства. Напр., въ то время только что отважились допускать ва сцену танцорокъ на женшя балетныя роли, исполнявшаяся дотоле мужчинами. Точно также впервые сталъ вводиться въ балетъ коми- ческш элементъ. Только въ 1730 г. знаменитая Еамарго первая осмелилась производить въ балет- b антраша, заставивппя совре- меннаго поэта сказать ей:
«Les nympbes sautent comme vous»...
Такъ называемый ппруэтъ, им-Ьюпцй такое обширное примкне­ те въ нын'Ьшнемъ балете, получилъ право гражданства на сцен? не ран4е второй половины минувшаго в?ка. За в&мътШъ^Ьа введешемъ и распространешемъ оперы балетъ чаще вш?о "ставится въ видЬ придатка къ ней, какъ дивертиссементъ.
По всему этому, если говорить о появлеши у насъ^ашейщаго балета, то его нужно отнести къ царствованш Александра I , а никакъ не ко времени Анны Ивановны, какъ это д4ла^^#-ЕЙко- торые историки, слишкомъ ужь доверчиво полагающееся на слово Штелина, находя въ немъ единственный источникъ для'исторш первоначальныхъ театральныхъ зрЪлищъ въ Россш.
Штелинъ иисалъ свое «Краткое nsaicTie о театральныхъ въ Россш представлешяхъ отъ начала ихъ»—въ шестидесятыхъ го- дахъ прошлаго столйия и, следовательно, разумйлъ подъ словомъ «балетъ» вовсе не то, что мы теперь разумйемъ, и сообразовался съ современными ему, узкими .и недостаточно еще развитыми поня- Т1ямн объ этомъ род* сценическаго искусства, Притомъ Штелинъ лагд'Ь не говорите, чтобы первыя и «настоящая» балетпыя пред-.тавлстя начались именно при Анн4 Ивановне. Оиъ только прохо- дитъ молчашемъ предшествовавшую эпоху, за неимйшемь о ней е?/ЪдЪшй, и отмйчаетъ лпгаь тЬ факты, которые ему были извЪстны. Такь, онъ пзвЬщаетъ, что въ 1735 г., поел* того какъ на придвор- номъ театр* явилась итальянская опера, решено било разъ въ недЪлю ставить <для перелтны* итальянстя интермедш <съ бале- томъ, въ которомъ обыкновенно танцовали сухопутнаго шляхет- скаго корпуса кадеты и посторонне молодые люди, обучавппеся т кадетскаго танцмейстера Ланде >.
Вотъ и все! Это— первое печатное извйсие о балетныхъ у насъ представлешяхъ; но это вовсе не значить еще, чтобы и ciir по- с.тЬдшя были въ то время у насъ первыми и до даннаго случая, записаннаго Штелиномъ, никогда прежде не являлись. Между т*мъ, всЬ почти изел^доватёли исторш нашего театра вообще, и балета, вь особенности, обобщаютъ первыя изв?ст1я о балет*6 съ первымъ его у насъ появлешемъ, взваливая такую- несообразность на чест- наго нЪмца Штеляна, тогда какъ онъ въ ней неповиненъ.
Къ сожалйшю, Штелпнъ очень кратокъ: онъ ничего не гово­ рить, откуда вдругъ явились эти балетные танцовщики изъ «шля-хетныгъ» кацетъ и спостороннохъ молодыхъ людей*, а также упра­ влявши ими балетмейстеръ Ланде? Веб они у него точно съ луны свалились во всеоружш хореграфическаго искусства и по первому востребовашю явились на подмосткахъ «для перемены» предъ изу­ мленная очи благосклонной публики. Но мы знаемъ, что тамя вещи съ луны не сваливаются. Для того, чтобы начать давать балетныя представлешя местными силами и средствами нужна была очень сложная и продолжительная подготовительная деятельность, нуженъ былъ известный опытъ и, наконецъ, нуженъ былъ вкусъ къ такого рода зр*Ьлищамъ, который тоже, какъ известно, изъ пальцевъ, вдругъ, не высасывается. На основанш однихъ уже этихъ сообра- женш совершенно опровергается ходячее мн?те, будто-бы балет­ ное искусство впервые явилось у васъ въ вышеозначенный моментъ п никакъ не ранйе. Но, кромЪ того, самыя св4д!;тя Штелина; не смотря на ихъ краткость, даютъ матер!алъ для подкр*плетя на­ шего иредположешя. Кто были тЪ балетные танцовщики—«посто­ ронте молодые люди>, о которыхъ онъ говоритъ? Ктобъ они ни были, но ихъ присутств1е и то, что они по собственному почину обучались балетному искусству, ясно указываютъ на существовать у насъ уже въ то время и до того своихъ спещальныхъ, вольныхъ служителей Терпсихоры. Предположете, что ихъ впервые призвадъ къ этому служенш и обучилъ всемогупцй Ланде, какъ первый объявпвшшся на Руси танцмейстеръ, не выдерживаетъ критики и вотъ почему. Все историки согласны въ томъ, по Штелину, что первый балетъ поставленъ былъ у насъ въ 1735 г.; но тЬ же исто­рики утверждаютъ, что и самъ Ланде впервые явился къ намъ въ томъ же 1735 году. Спрашивается, мыслимо-ли было-бы въ одинъ годъ изъ неотесанныхъ, неим?вшихъ дотоле никакого понят1я въ тавцахъ учениковъ (какъ кадетъ, такъ и вышеозваченныхъ «по- стороннихъ» дилетантовъ) сделать искуссныхъ, какъ увидимъ, тан- цовщиковъ и въ одинъ годъ насадить балетное искусство, дотол& у насъ, по предположешю историковъ, невиданное и неслыхан­ ное? Все это гипотезы, который разваливаются отъ перваго при- косновешя критики.
Обратимся, однако, къ фактамъ.
Что Ланде въ свое время былъ у насъ не первымъ, не един* ственнымъ танцмейстеромъ и что до его появлетя тавцовальное искусство уже значительно у насъ процветало—доказывается сле­ дующими данными.
Въ «Спб. Ведомостяхъ> 1*734 г. (Ж 25) было напечатано «для извета > такое, существенное для оспариваемаго вопроса, пригла- шетё: «Изъ канцелярш шляхетскаго кадетскаго корпуса чрезъ cie объявляется, что въ помянутый корпусъ одннъ танцовалъный ма- стеръ потребенъ, чего ради имгьющге охоту къ тому, могутъ въ означенномъ месте явиться>. Съ одной стороны, объявлеше это показываетъ, конечно, что въ «танцовальныхъ мастерахъ> не чув­ ствовалось тогда избытка, но, съ другой, самая мысль отыскивать ихъ въ пред^лахъ Петербурга чрезъ газету ясно свидетельствует^ что они не составляли тогда у насъ и слишкомъ большой редкости, которую нужно было-бы выписывать не иначе, какъ изъ за-границы.
Есть основаше предполагать, что въ шляхетскомъ корпусе былъ. уже въ ту мнвуту свой танцмейстеръ, но вероятно, одного его было мало, потому что среди кадеть находилось очень много охотни- ковъ учиться танцамъ, составлявпгамъ одинъ изъ необязательны хъ иредметовъ кадетскаго образован1я.
Изъ ,офищальнаго рапорта Минпха о состояти корпуса за 1733-2 годъ (второй съ его освоватя) узнаемъ, что слпшкоыъ третья часть всего числа кадетъ (110 чел.) обучалась танцамъ.
Все это уб*ждаетъ, что и до Лапде были у пасъ и танцоры и танцмейстеры, было, следовательно, я балетное искусство въ объем 1 !; подспорья во всякаго рода сценическихъ представлетяхъ. При Анн!; Ивановн* оно только получило новое примкнете—< перемени > въ оперныхъ спектакляхъ, явившихся у наеъ тогда впервые, и въ та» комъ именно смысли слЪдуетъ понимать язв*ше Штелнна.
Къ сожал*шю, св4д*Н1Я о театр* временъ Петра Великаго и его первыхъ преемниковъ очень скудны. Штелинъ упомипаетъ лишь медькомъ о существовали при Петр* театра «при Мойк*», въ кото- ромъ подвизалась какая-то < шайка н*мецкихъ весьма дурныхъ комед!антовъ> некоего Манна. Были при Петр* и друие театры, а также и ипыя всякаго рода зрелища, введенныя для «народнаго полироватя», по выражевш Петра. Первоначально все это явилось въ Москв*, куда съ распространешемъ западныхъ новшествъ, не замедлили явиться н*мещпе штукмейшеры, англшше итрин- геры, балансеры, эквилибристы, французсте комед1анты и плясуны. Петръ, однако-же, не всегда радушно встр*чалъ этпхъ просв*-щенныхъ гостей. Когда, уже въ Петербург*, явилась какая-то за­езжая труппа балансеровъ, царь приказалъ ей показывать свое искусство простому народу даромъ, и только зажиточныхъ зрите­лей обязалъ платить, по такс*,—гривну съ персоны; но, всл*дъ зат*мъ, почему-то выпроводилъ труппу вонъ изъ города, зам*тнвъ, что «въ Петербург* нужны художники, а не фигляры», сорить деньги на которыхъ гр*хъ.
Что въ числ* за*зжихъ артистовъ въ петровское время бывали нередко танцовщики—это можно видеть и по сохранившимся отъ того времени афишамъ. Въ записанномъ Пекарскомъ «Объявленш о чудномъ муж*, его-же иные вторымъ Сампсономъ нарицаютъ», упоминается между прочимъ, что въ представлетяхъ этого «мужа» участвовала «английская танг^овальиая мастерица»... Въ другой афиш* того-же времени извещалось о представлешяхъ ц*лой труппы комедгантовъ, которые обещались показывать «см*хотвор-ства, скоки различные и танцы*. Спектакли начинались съ четвер­тая часа пополудни и давались пять разъ въ нед*лю.
Вообще, въ театральныхъ зр*лищахъ при Петр* недостатка не было, какъ это можно судить и по изв*ст1ямъ проживавшихъ тогда въ Россш иностраицевъ, Вебера, Берхгольца, Бассевича и друг.
Зат'Ьмъ достовйроо, что уже въ то врем существовали начаткц домашнпхъ театровъ у вельможъ, комплектовавшихся большею частью крепостными артистами всякаго рода: актерами, п-Ьвцами, музыкантами и танцовщиками. Берхгольцу случилось быть на н?- сколькихъ домашнихъ спектакляхъ во дворц- fe герцогини меклен- бургской, Екатерины Ивановны, которая сама лично режисерство- Бала на нпхъ, Играли никоторая лица изъ свиты герцогини, а главиымъ образомъ, крепостные актеры, которыхъ герцогиня не церемонилась, какъ заппсалъ тотъ-же Берхгольцъ, пороть плетьми на конюшне, въ случае какой-либо неисправности.
Известно также, что у князя Меньшикова, графа Апраксина, княгини Черкасской и друг, богатыхъ вельможъ временъ Петра Великаго были уже свои домашше, изъ холоией, пйвцы, музыканты и проч1е артисты. У Меньшикова—и, вероятно, не у него одного— былъ, крон* того, свой домашшй танцмейстеръ изъ иностранцевъ. Берхгольцъ видЪлъ этого искуссника въ маскарадной процессш, въ 1721 г., въ которой онъ представлялъ собою сатира—«былъ осо­ бенно хорошъ и натураленъ» и дйлалъ сна ходу искуссные и труд­ ные прыжки>, т. е., фигурировалъ въ качестве балетнаго тан­ цовщика.
Сказать къ слову, маскарады времеиъ Петра Великаго было, въ сущности, однимъ изъ видовъ сценическаго лицедейства съ значительной примесью чисто балетнаго элемента* Въ этихъ цере-монныхъ «позорищахъ», подчиненныхъ строгому порядку, въ кото­ рыхъ каждый участникъ, и въ томъ числи самъ царь, былъ акте- ромъ и исполнялъ известную роль, присутствовали всЬ сценичешя средства и аксессуары: гримировка и мимика, костюмировка и сим­ волика, слово и nicHfl , музыка и танцы. На маскарадахъ комбиниро­ вались ц$лыя сцены и картины въ символическомъ род*Ь; весь маскарадъ, въ общемъ, представлялъ огромную пантомиму, полную движешя и игры, притомъ съ яркимъ комическимъ оттйнкомъ. Такое-же совершенно сценическое значеше им4ли при Петр* Вели- комъ, столько разъ описанныя, шутовшя свадьбы, балы и про­ цессш карликовъ, а также см$хотворныя дЗшств1я знаменитаго «Все- шутМшаго собора».
Все это, безспорно, входило въ кругъ «нозорищвыхъ игръ>, какъ, напр., и баснословный по своей затЪГипвости и роскоши «Ледяпон домъ», столько возбуждавший уднвлешя.
Во всЬхъ такого рода зрйлищахъ чисто-балетной хореграфш отводилось широкое м-Ьсто. «Ледяной домъ> въ отомъ отношеиш, можно даже сказать, предвосхитилъ одно важное нрюбрЪтеше у балета позднййшпхъ времепъ. Мы говорнмъ о такъ называемыхъ «характерных^, этнографаческихъ танцахъ, составляющихъ лучшее украшеше современнаго балета. Этой категорш танцы, применен­ные къ искусственному зрелищу въ симетрической систем*, мы ви-димъ впервые въ «Ледяномъ домЬ>, съ тою только разницею, въ пользу этнографической правдивости, что зд^сь они исполнялись не актерами, олицетворяющими различныя народности, а реальными представителями самихъ народностей. «Выбрать,—требовали изъ Москвы устроители «Ледяного дома»—изъ калужскаго и алексин-скаго уЬздовъ деревенскехъ 8 бабъ молодыхъ и столько же мужей пхъ, утъющихъ плясать, которые-бъ собою были не гнусны, да около Москвы набрать изъ настуховъ 6 человйкъ молодыхъ людей, которые-бъ ум?ли на рожкахъ играть>.
TaKie -же «негнусные собою» плясуны и игрецы были вытребованы п изъ другихъ местностей. Тутъ по словамъ Нащокина, «были со­браны со всего государства разночинцы и разноязычники самаго подлаго народа, то есть вотяки, мордва, черемисы, татары, калмыки, самоеды и ихъ жены». Въ маскарадной процессш эта живая этно­ графическая выставка составляла особую группу, названную «Весной> \ и каждый изъ ея участниковъ «показывалъ свое веселье, гд^у котораго народа кашя веселья употребляются». Веселье это выра­жалось, конечно, главнымъ образомъ плясками.
XVI .
Теор1я л практика балета первой половины ХУШ вика съ точки зрМя то$дащнихъ эстетиков-в.-— Св-бд-бшл о Ланде.—Русская балетная школа въ первые дни ея основашя.—Ллясунъ-подитикъ.
Первое современное изв*ше о балет* на придворной сцен* при Анн* Ивановн* встр*чаемъ не ран*е 1736 г. въ «С.-Петербургсквхъ В*домостяхъ>, которыя въ то время вели точный и подробный жур- налъ вс*мъ—весьма частымъ тогда—празднествам^ торжествамъ, зр*лищамъ и увеселев1ямъ, совершавшимся при двор*, включительно до такихъ, напр., обыденныхъ мелочей, что императрица «иногда гуляшемъ, а иногда стр*ляшемъ въ ц*ль забавляться изволила>.
Въ № 10 «В4домостей», за означенный годъ, сообщалось, что 29 'января, въ день рождешя императрицы, на придворномъ театр* была дана «преизрядная и богатая опера «Сила любви и ненависти>, а при ней <балы издалъ балъ-д1ректоръ господинъ Антошо РшалдЬ.
«Балы»—это былъ именно балетъ, а подъ «балъ-д1ректоромъ> нужно разум*ть придворнаго балетмейстера и вообще танцмейстера, хотя съ этимъ придворнымъ чономъ, какъ равно съ именемъ Ан- тоню Ринальди, мы встр*чаемся зд*сь въ первый разъ. Между т*мъ, этотъ Ринальди предшествуетъ, по времени, пресловутому Ланде, о которомъ «С.-Петербургшя В*домости» царствования Анны Ивановны, столь внимательныя, какъ мы знаемъ, ко вс*мъ даже маловажнымъ собы'иямъ тогдашней придворной жизни, не говорятъ нигд* ви одного слова. Это обстоятельство, сказать мимоходоыъ, наводитъ н*которое сомн*те на точность нзв*стш Штелина отно­ сительно даннаго пункта.
Антошо Ринальди, какъ узнаемъ изъ академическихъ «Прим*- чате> за 1738 г., былъ никто иной, какъ «такъ называемый» Фузано — прозвище принятое н*которыми историками нашего театра, съ легкой руки Штелина, за подлинную фамилш.
Въ обширной стать* «Прим*чашй»: «1сторическое описаше онаго театральнаго д*йств!я, которое называется опера», — находпмъ довольно подробный изв*ст1Я также объ опер* и балет* на рус- скомъ театр* въ царствоваше Анны Ивановны. йзв*ст!я эти драгоцЬнны для ncTopin нашего театра вообще, хотя, кажется, до насъ некто изъ ея изсл*дователей имп не пользовался. Тамъ съ большой подробностью описаны содержаще оперы « La forza del amore e del odio > («Сила любьви и ненавпсти>), сочиненной ком- позиторомъ Арайя, ея постановка, декорацш, музыка и, яаконецъ, балетъ, составлявший ея интермеддо. Поименованы также глав-н'Млие исполнители оперы съ оценкой ихъ игры. Кратко сказать — это была у насъ едва-ли не первая обстоятельная театральная ре-цевз!я, какъ въ свою очередь «Сила любви и ненависти» была у насъ первой, по времени постановки, итальянской оперой.
Въ цитируемой статье сообщено, между прочпмъ, нисколько лю- бопытныхъ историческихъ и теоретическихъ данныхъ о значенш балета въ опер*, съ точки зр*н1я современныхъ взглздовъ на ис­кусство. Авторъ, полагая, что опера, «кром* боговъ и храбрыхъ ге-роевъ, никому на театре быть не позволяетъ», допускаетъ, одна­ко, выводить въ ней «иногда», для ц*лей увеселительныхъ, <счаст-ливыхъ пастуховъ и въ удовольствш находящихся пастушекъ», такъ какъ они «прдятнымп ихъ песнями и изрядными танцами игобра-жаютъ весел!е дружескихъ собратй»... Въ доказательство этой тео- pin онъ ссылается на знаменит?шшя того времени итальянсйя оперы: во вс*хъ нихъ дается м*сто «танцовальщикамъ и танцо-валыцицамъ», являющимся въ «учреждеиныхъ» въ конц* дМствш балетахъ, то въ вид* сатировъ и др!адъ, которые «въ своемъ танцеванш» «надъ такъ называемымъ Лессе-Куръ смотрите ям*ютъ» и Д'Ьлаютъ «такъ называемое Шанжъ, Ревю» и пр., то въ образ* нимфъ или музъ, сходящихъ съ Парнаса и пляшущихъ съ пасту­хами, то, наконедъ, въ оболочк* сиренъ и ^ьфиновъ, которыхъ, случалось, для полноты сценической иллюзш, въ самомъ д*л* за­ставляли плясать въ особо устроенномъ въ театр* aKBapiyM *...
Зат*мъ, переходя къ современному состояшю «оперныхъ танцевъ и балетовъ», авторъ отдаетъ по этой части пальму первенства тог­ дашнему французскому театру передъ вс*ми другими европейскими театрами и даже предъ итальянскими. Онъ прпзнаетъ, что фран­ цузы вообще «очень способны къ изобр*тетю танцевъ», почему и выд*ляютъ изъ своей среды наибольшее число танцмейстеровъ и танцовщиковъ. Тогда между ними первенствовалъ парижски балет-мейстеръ Блонди: «ничего, говоритъ о немъ авторъ,—нельзя лучше представить того, что онъ вымышляетъ на оперномъ театр*» (въ балетЬ, конечно) со своими знаменитыми «помощниками»: Дюпре, Камарго и др.
Что касается балетнаго искусства въ Россш, то авторъ, ничего не говоря о прошломъ, останавливается лишь на дняхъ Анны Ива­новны и на момент* перваго появлешя у насъ итальянской оперы. Упоминая о постановки въ опер? «Сила любви и ненавпсти> <пре- нзрядныхъ балетовъ> «балъ-дпректоромъ» Рянальди, онъ замЬчаеть съ рецензентской точностно, что въ танцахъ «наилучше себя пока­зали» жена Рянальдиг-Джупя, «а потомъ и другая мастерица» — Антонина Константину также итальянше «мастера» Джузеппе Брунони и Тези. Машпны и декорацш «изобрели» Бонъ п Tapcia . Все это были итальянцы, выписаные вм^стЪ съ оперной труппой Арайя.
Помянутая опера состояла изъ трехъ дййствш н въ концЪ каж-даго дМсття происходялъ балетъ. 'Гакь, въ 1-мъ танцовала са­ тиры, «огородники» и «огородницы»; 2-е закончилось «преизряднымъ балетомъ, сдЪланнымъ по японскому обыкновенш». Въ 3-мъ, деко-рац1я котораго представляла пышный царски дворецъ, когда, по ходу дМств1я, герой и героиня счастливо соединяются брачными узами, «сходятъ больше ста человЪкъ съ верхней галереи сего великол'Ьпнаго строешя и танцуютъ, при согласномъ п4нщ д4й-ствующпхъ персонъ и при играющей музыки всего оркестра, npiaT -ной балетъ, которымъ кончается cia славная опера».
«Прим?чашя» не упоминаютъ, изъ кого состоялъ,такой обшир­ный коръ-де-балетъ, явившийся въ этой оперй, но мы знаемъ уже по Штелину, что это были кадеты шляхетскаго корпуса п «сторон^ Hie » любители. Штефгнъ-же утверждаетъ, что какъ укомплектова- Hie и обучеше, такъ и реднжироваше коръ-де-балета были, въ дан-номъ случай, дЪломъ кадетскаго танцмейстера Ланде, который, во­обще, признанъ нашими историками, какъ мы видели, первымъ основателемъ балетнаго искусства въ Россш. Это вошло даже въ наши эяциклопёдичеше словари.
«Справочный энциклопедически словарь» говорить о Ланде, что онъ былъ французъ родомъ, актеръ и знаменитый балетмейстеръ, что онъ прибыль въ Россш въ 1735 г. и что до него у насъ не знали, что такое балетъ. «Ланде-же началъ свои балеты, и публика стала во множестве посещать тогдашше театры (?). Въ тоже почти время были приглашены въ Петербургъ итальянские актеры, игравmie интермедш (?); тогда Ланде также ( sic ) обучалъ кадетовъ сухо- путнаго корпуса п вмйстй съ ними заы4нялъ (?!) йптермедш италь-янцевъ на прпдворномъ театр*. Вскоре, какъ зватокъ сценическаго искусства, онъ былъ посланъ во Франщю вызвать французскую труппу (?). Съ успйхомъ исполнивъ поручеше, еще бол'Ье усовер- шенствовалъ, при помощи французскихъ актеровъ, балетъ свой. Ему много содййствовалъ (?) известный капельмейстеръ Арайя. Ланде умеръ около 1760 г.».
НовМшш «Русскш словарь» профессора Березина воспроизводить эту.же энциклопедическую путаницу вкратце—путаницу синхронисти­ ческую, хронологическую и профессюнальную, которая, сказать къ слову, отличаетъ всю вообще исторш русскаго театра.
Въ довершеше затемнйшя вопроса о Ланде, известный театралъ п знатокъ историческвхъ судебъ нашего театра, Кони, въ своихъ этюдахъ по этому предмету, говоря о начали театральнаго училища, утверждаетъ }же, что Ланде выстунаетъ на сцену лишь въ 1739 году. По его словамъ, въ означенвомъ году графъ Линаръ, «исполняя же-' лаше скучающей Анны Ивановны, еыписалъ взъ Лейпцига немецкую труппу», которая привела императрицу въ <восторгъ>. Всл4дств1е этого къ итальянцамъ охладили, а Фузано, зав г Ьдывавпийбалетомъ, чймъ-то не угодилъ Бирову и былъ выслаиъ имъ изъ Россш. Его отсутств1е открыло поприще <ловкому> Лавде, который подбился къ Бирону п былъ принятъ въ императорски театръсъ 2,000 руб. жалованья и наименовашемъ придворнаго балетмейстера» Ланде предложилъ балетъ изъ свовхъ учениковъ и опытъ удался, причемъ русскш балетъ лучше понравился итальянскаго; самъ Биронъ хло­па л ъ ему громче вс4хъ>. Выдающимися питомцами Ланде, по сло­вамъ Кони, были: Тимошка Бубликовъ, Афанасш Топорковъ, Ан­дрей Нестеровъ, Авдотья Тимофеева, Зорина и друг. Собственно это были ученики театральнаго балетнаго училища, которое Ланде, осыпанный милостями, по выраженю Кони, увеличилъ до 12 хоро- шевькихъ д4вочекъ и 12 мальчиковъ — дЬтей бйдныхъ родителей, преимущественно изъ придворныхъ служителей.
Въ этомъ извйстш, весьма сходномъ съ хроникой Штелина и, вероятно изъ нея отчасти почерпнутомъ, тоже н4тъ недостатка въ путанице. Начать съ того, что графъ Линаръ нпкоимъ образомъ не могъ исполнять желашй скучающей Анны Ивановны въ 1739 г., во-первыхъ, потому, что въ этомъ году его въ Poccin не было, а, во вторых*, императрица его не жаловала за романичешя сноше- шя съ Анной Леопольдовной, и по ея представлешю, онъ, какъ посолъ польскаго короля, былъ отозванъ передъ этимъ изъ Петер­ бурга. Конишерепуталъ царствовате Анны Ивановны со временемъ регенства Анны Леопольдовны, которая, действительно, вызвала Линара изъ за границы и сделала его своимъ оберъ-камергеромъ, но это случилось не ранее 1740 г.
Что касается года поступлетя въ должность прпдворнаго балет­ мейстера Ланде, то откуда взялъ Кони, что это произошло не ра­ нее 1739 г. — неизвестно и вообще этотъ вопросъ остается тем- мымъ, если не положиться на достоверность хронологш ПГгелина, какъ единственнаго въ этомъ случае указателя. Следуетъ, од­ нако, предположить, что Штелинъ въ этомъ пункт* все-таки до­стовернее. Въ 1739 г. мы находимъ Ланде уже вполне аклимати- зовавпгамся на придворномъ театр*; онъ уже состоитъ въ зва- вш придворнаго танцмейстера и стоитъ во глав* театральцаго балетнаго училища, по всемъ верояйямъ, пмъ же основаннаго, а для всего этого нужно было время. Относительно этихъ данныхъ мы уже опираемся на неподлежапця сомненш офищальныя све~ ден1я.
Въ списке артистовъ придворной «итальянской компанш», при-носившихъ въ 1740 г. присягу на верность императору 1оанну Ш, значится и Жованъ Батисто Ланде, въ званш придворнаго танц­ мейстера. Достоверно известно также, что онъ въ это время за­ ве дывалъ, въ качестве танцовальнаго учителя, придворной балет­ ной школой, о которой мы скажемъ здесь подробнее.
Школа эта, одновременно почти съ такой-же музыкальной шко­ лой, была основана во второй половине 30-хъ годовъ, а по мне- нш компетентныхъ составителей относящейся къ этому времени книги «Внутреннш бытъ русскаго государства*, не ранее 1739 г.; но мы полагаемъ, по некоторымъ основашямъ, что случилось это раньше. Главнымъ основатемъ для васъ служитъ то, что тогда, какъ и прежде, существовалъ старинный обычай каждаго, принимае­ мая въ русскую службу, иностраннаго мастера или артиста обя­ зывать обучать своему искусству поручаемыхъ ему для того рус- скихъ учениковъ по назначешю правительства, постоянно стремив-шагося у насъ въ старину обзаводиться своими собственными ис- куссниками всякаго рода, чтобы избавиться отъ зависимости у иностранцевъ, Не подлежитъ сомнЬнш, что этому-же правилу были подчиняемы и прпшшавииеся на русскую службу балетмейстеры и иные артисты. Гораздо позднее, уже при Екатерин* П, въ этомъ смысли высказалось косвенно даже наше законодательство. Въ вы­ сочайше утвержденномъ театральномъ штатЪ (1766 г.) было пос­ тавлено въ услов!е придворнымъ музыкантамъ, что если они бу- дутъ им*Ьть при себ4 учениковъ, то этимъ прюбрйтутъ право на получеше особаго возваграждешя <по разсмотрйнк».
Балетная школа им-Ьла прямой цЪлью—приготовлете русскихъ слу­ жителей Терпсихоры. Она была въ описываемое время не велика: въ ней обучалось всего 6 мальчиковъ и 6 д^вочекъ (а не 24,какъ утверж­дали до сихъ поръ наши театральные историки), и помещалась онавъ старомъ Зимнемъ дворцЬ (гд$ нын4 казармы 1-го батальона Пре- ображенскаго иолка), въ верхнемъ апартаменте, въ двухъ покояхъ. Въ этомъ же дворце им^ла квартиры и вся почти придворная «итальянская компашя>.
Балетная школа находилась въ полномъ в^дйнш Ланде и только <у смотр4н1я надъ обучающимися танцевант девочками> имелась особая надзирательница, вдова дворцоваго конюха Федосья Курта- сова, награжденная за эту педагогическую службу въ 1741 г. пом4- щешемъ въ придворной богадельне.
Ученики и ученицы находились на всемъ казенномъ иждивенш, что составляло въ годъ, по счетамъ камеръ-цалмейстерской конторы, 558 руб. съ копейками. Содержашемъ школы заведывалъ театраль­ ный смотритель и экономъ капитанъ Рамбурхъ. Сохранились даже подробный свЪдЪшя, чего и сколько съедали каждодневно балетные ученики, а именно: мука куличной 10 фунтовъ и дедом$рочной 1 фунтъ, да масла коровьяго русскаго 2,фунта; питш: полпива по ведру и каслыхъ щей по 2 ведра... Для дюжины малютокъ, да еще посвященныхъ воздушной хореграфш, порщ'я нитей, более ч4мъ изобильная!
Какъ и чему обучалъ Ланде своихъ учениковъ—св$д1шш мы не имеемъ; но, кажется, они делали успехи, судя, между прочимъ, по следующему факту. Въ 1741 г., въ день восшеств1я на престолъ Ивана Антоновича, были даны при дворЬ «публичные маскарадн>, на которыхъ были представлены профессюнальными артистами раз­ные нащональные танцы, Въ этихъ танцахъ участвовали и ученики балетной школы, а одинъ изъ нихъ исполнялъ роль солиста въ особомъ «маскарадскомъ плать г Ь>, нарочно сшитомъ для него къ этому дню, по указу правительницы и по проекту Ланде, портнымъ мастеромъ, французомъ Цернстомъ, язъ казенныхъ матер1аловъ за 6 рублей.
Безъ сомнйнш, и помимо этнхъ первыхъ пнтомцевъ балетной школы тогда было не мало уже русскнхъ балетныхъ танцовщиковъ. КромЪ указанШ Штелина, есть офищальныя извйтя о существо­вали въ дни Анны Ивановны полной балетной труппы на придвор-номъ театре, какъ это свидътельствуютъ и современные печатные-источники, на которые мы зд4сь не разъ ссылались.
Были даже случаи, что pyccKie танцовщики фигурировали въ неподлежащей имъ области политики: Незадолго до своего паде-*тя, Бвронъ, жалуясь Пецольду на «нескладные замыслы» противъ него герцога Антона-Ульриха, мужа правительницы, разсказывалъ, между прочимъ, какъ тотъ «привлекалъ къ себЪ въ соучастники одного русскаго плясуна>, елужившаго у придворнаго шута Педриллы. По словамъ Бирона, Антонъ-Ульрихъ этого курьезнаго заговора съ «илясуномъ* не отрицалъ и только замйтилъ «съ величайшей на­ивностью, что ему хотелось немножко побунтовать>...
XYII .
Прихотливость вкуса п обвше зр-влищъ.—Танцы персидскаго манера.—Царства Терпсихоры въ едизаветинсые дни.—Балеты „бдагородныхъ",—Поправка къ ,,Нсторш балета въ Россш".
« Deliciae Augustaeb пышными огнями горело, въ вид4 девиза, на одной изъ многочи-сленныхъ иллюминацш въ честь императрицы Анны Ивановны, сло­женное академикомъ шитомъ, npHBUTCTBie . - Для Анны Ивановны и ея царств'оватя это, действительно, могло служить девпзомъ. Сама, по личньшъ качествамъ, далеко не веселонравваго характера, Анна Ивановна, т'Ьмъ не мен*е, веселилась чрезвычайно много и отличалась въ этомъ отношенш крайне изыскан- нымъ и прпчудлпвымъ вкусомъ. Точпо также и наследовавшая ей иотомъ, съ низвержешемъ несчастнаго Ивапа Антоновича, импера­трица Елизавета Петровна, бол*е живая и сангвиничная по темпе­раменту, «жадно искала наслаждениЪ, какъ говоритъ о ней князь Щербатовъ, всец*ло отдавалась всякаго рода развлечешямъ и до­вела прихотливость въ нихъ до посл*днихъ границъ нич*мъ не сдерживаемой фантазш.
Пышность театральвыхъ зр*лищъ была тогда необыкновенная «Мы привыкли къ зр*лищамъ огромнымъ и великол*пнымъ!> ска-залъ какъ-то, въ начал* царствовашя Екатерины II , Н. И* Панину въ объяснеше неудовольств1я придворной публики, возбужденнаго т*мъ, что въ это бол*е уже скромное время на эрмитажвых^ спек-такляхъ часто <кром* простоты въ музык* и на театр*, кром* кузницъ, кузнецовъ и кузнёчихъ ничего не было» (р*чь шла о фран­цузской оперетк*: « Le marrechal ferranfo ).
Всл*дств1е такой прпвычки къ «огромности» и «великол*шю» зр*лищъ въ дни АнвыИвановны, и Елизаветы Петровны, русскш дворъ пм*лъ въ своемъ штат* такое необычайно-большое количество раз-наго рода артпстовъ, увеселителей и ш>т*шниковъ, какого, по за-м*чашю одного компетентнаго историка, не водилось тогда ни при какомъ другомъ европейскомъ двор*.
Впрочемъ, это объяснялось отчасти т*мъ, что тогда на Руси, почти вовсе не было частныхъ публичныхъ зр*лищъ и ихъ пре^о-ставлялъ высшему образованному обществу одинъ только дворъ/ Порядокъ этотъ такъ прочно утвердился, что даже въ наши дни, какъ известно, вс* почти столичные театры состоять на иждиве­нии двора и значатся «придворными».
Ером* многочисленности артистическаго штата, состоявшаго при двор* описываемаго времени, онъ отличался еще такимъ уди­ вительно пестрымъ, разнообразнымъ составомъ, по родамъ исскуства и нащональностямъ, какого тоже, в*роятно, никогда не вид*лъ никакой другой европейскШ дворъ. 9
У насъ подъ руками им*ется подробная офищальная в*домость этого штата за 1740—41 гг. Тамъ мы находимъ, кром* театрале-ныхъ труппъ—-итальянской (оперной), н*мецкой и балетной, кром*^ иЬвческой капеллы и двухъ оркестровъ музыки—«комед1антовъ пер-сидскаго манера», молдаванскихъ музыкантовъ, малороссшскпхъ бан- дуристовъ и «восп*вательницъ>, шутовъ, карликовъ, наконецъ, елоновъ, учепыхъ попугаевъ, капареекъ, которые «выпивали ку­ранты», и пр.
Эготъ разнородный выборъ увеселителей, забавъ и курьезовъ безпрерывно еще пополнялся: то, по указу, требовалось доставить гдЪ-то объявившихся и нпгд* невиданныхъ «б*лыхъ галокъ», то обучали пляски, для погЬхи царской, медведей (напр. при Елиза­вет*), причемъ заводилась офищальнаа переписка о томъ, что такой-то «медвйженокъ къ наук*-де непонятенъ, весьма сердиты, то привозилась изъ Англш «великая птица, зовомая Струсъ или Стро-фокамнлъ» для украшешя императорской увеселительной «менаже- рен>,« то являлся въ даръ отъ состшдскаго* шаха ученый слонъ и государыня «болйе часу его смотрела», то, наконецъ, наскучивъ заморскими дивами и зрелищами, государыня призывала во дворецъ гварденскихъ солдатъ, съ ихъ женами, ум*впшхъ п*ть и плясать, п заставляла ихъ водить хороводы и отхватывать трепака, въ ко-торыхъ нередко пронимали деятельное участсе и родовитые при­ дворные кавалеры, не взирая на всю свою чиновную важность и са­ лонную элегантность.
Въ тоже время, заманиваемые слухами о русскомъ гостепршм-ств* и о русской тароватости, иноземные всякаго сорта комед1анты и артисты часто наезжали тогда въ Рошю и не ошибались боль­шею частью въ своихъ разсчетахъ. Дворъ постоянно оказывалъ имъ, ^но м*р* ихъ искусства, гостеприимство и покровительство. Приз-жаетъ въ 1738 г. *въ Петербурга труппа голландскихъ «комед!ан-товъ> и—отъ двора немедленно сл*дуетъ имъ «позволев!е играть на театре 1*тняго императорскаго дворца». Комед!анты эти, ска­зать мимоходомъ, были акробаты и клоуны, но современные мело­маны, кажется, отнесли ихъ искусство къ области хореграфш и на­зывали пхъ «танцовщиками». Останавливаемся на этомъ обстоя­тельств*, чтобы показать, какое растяжимое поняйе им*ли тогда о балет*.
^0 <комед!антахъ> этихъ современный репортеръ записалъ, что они «по веревкамъ танцуютъ, на воздух* прыгаютъ, нал*стниц*, ни за что не держась, въ скрыпк* играютъ, съ лестницею ходя, пляшутъ, безмерно высоко скачутъ и друпя удивительныя веща дйлаютъ».
KpoMt псчисленныхъ зрйлищъ, ' петербургше меломаны того времени впд4ли у себя и театры марюнетокъ, и «кабинеты» воско- зе^хъ фигуръ, и <гокусъ-покусы> престидигаторовъ п т. д. Словомъ, Петербургу 30—40 годовъ прошлаго стол1тя были вполнЬ знакомы ¦бс г Ь Tf > зр?лища, каодя нынЪ въ немъ имеются, а, случалось, ви- дывалъ онъ и так1е кунстштюки, о которыхъ мы теперь поняпя не хшйемъ. Наприм^ръ, намъ решительно неведомо, что такое мо­ гли изображать собою представлетя некоего комед*1анта Мартина Ниренбаха, дававпияся въ 1743 г. и состоявппя изъ «маршнетовыхъ лтальянскпхъ комедш, сперва фигурами, а потомъ живыми персо­нами, такъ что смотрители—по завйренш афишки—великое удоволь- CTBie пзъ того получить могутъ». Удовольств1е, несомненно, долж­но было получиться «великое> уже отъ одного столь остроумнаго л для насъ непостижимаго объединешя мармнетокъ съ «живыми персонами>.
Равнымъ образомъ должны показаться читателю загадочными и вышеупомянутые «комед1анты персидскаго манера». Этой загадки зш не въ состоянш объяснить досконально. Знаемъ только, что около 40-хъ годовъ у насъ были особенно оживленяыя дипломати­ческая сношешя съ Ilepcieu . Въ то время прйзжалъ въ Петербургъ посолъ персидскаго шаха съ необычайной пышностью, въ сопро-зожденш свиты въ 16,000 чел., которую онъ, только посл? дол-гпхъ переговоровъ, согласился убавить до 3 т. человЬкъ. Весьма вероятно, что въ этой огромной свитй находились и туземные артисты, взъ коихъ никоторые, понравившись русскому двору, сстались потомъ при немъ и какъ-бы вознаградили собою произве­денную этимъ диь;имъ посольствомъ убыль въ гражданахъ Poccia , зъ вид'Ь нахватанныхъ его членами на возвратномъ пути русскихъ згальчиковъ и д4вушекъ.
Сколько находилось у насъ этихъ «персидскаго манера» артп-стовъ— мы не знаемъ, но летопись сохранила намъ имя главнаго лзъ нихъ—Ивана Лазарева, судя по имени, армянина, который по­лу чалъ отъ двора полное содержаше и 120 р. жалованья въ годъ За это онъ обязанъ былъ давать иредставлешя «персидскаго ма­нера > и обучить «разнымъ штукамъ» нйсколькихъ порученныхъ ему русскихъ учениковъ и въ томъ числ$ одну «капральскую дочь».
По всЬыъ в4роят1амъ, «комедш» Ивана Лазарева состояли изъ смеси музыки, пляски и акробатическаго искусства въ иерсидскомъ вкусе. Что хореграф1я имела здесь несомненное место, на это указываютъ намъ сохранившаяся изв^шя, что въ то время при двор* находились въ особенной моде перейдете танцы и именно какъ зрелище.
Въ день восшеств1я на престолъ Ивана Антоновича въ 1741 г., дворъ, вовремя маскарада, ссмотр*Ьлъ> разные нащональные танцы и въ томъ числи переидше, въ которыхъ особенно отличились два персиянина, удостоивнпеся общаго одобрешя и 100 рублей награды отъ великой княгини-правительницы. Это былъ, значитъ, балетный дивертисементъ, и изв^ейе это ясно указываетъ намъ, что въ труппе Ивана Лазарева находились спещальные перейдете тан­ цовщики.
Вообще, по части танцевъ, по крайней мере со стороны ихъ разнообраз!я и затейливости, вкусъ меломановъ описываемаго вре­мени былъ довольно избалованный. Да надо полагать, что и въ эстетическомъ отношенш онъ стоялъ уже на довольно значитель­ ной высоте, особенно во времена Елизаветы Петровны, когда, по ннищативе государыни, танцы, и какъ зрелище и какъ салонное искусство, сделались однимъ изъ самыхъ любимыхъ развлечение «Всему свиту было известно, говоритъ историкъ, что императрица Елизавета Петровна совершеннейшая была своего времени танцов­щица, подававшая собою всему двору примйръ правильнаго и н&к* наго танцоватя>.
По его-же словамъ танцовальное искусство было развито въ Пе­тербург* въ такой высокой степени, что известный уже памъ Ланде публично говаривалъ: <кто хочетъ видеть, какъ правильно, нежно и непринужденно менуэты танцовать надобно, долженъ пргЬхать къ императорскому росайскому двору...?
Неизвестно, ездилъ-ли кто-нибудь для этого къ нашему двору, но достоверно, что русское общество по части балета и салоннаго <танцовашя> прогрессировало въ те времена быстро и постоянно стояло на одномъ уровне съ Европой, а можетъ быть, даже и обго­ няло ее.
О степени этого прогреса можно судить, между прочимъ, по тому, что въ те времена нередко на придворной сцене въ бале-тахъ участвовали не только, какъ мы уже знаемъ, юные кадеты «шляхетнаго» корпуса, но п взрослые представители знати, въ ка­ честве любителей, и притомъ настолько пскусившпхся въ хорегра- ф!а, что они могли соперничать съ профешональнымп балетными артистами. •
<Вкусъ хорошаго танцовашя, говорить современный театраль­ ный критикъ, не только царствовалъ на придворной сиене, но распространился также между знатными, въ доказательство чего, къ удивленно вс&хь знатоковъ и самихъ иеостранныхъ театраль- лыхъ танцовщиковъ, они съ великимъ пскусствомъ исполнили въ Москве, во дворце, большой балетъ: «Радостное возвращеше къ аркадскимъ пастухамъ и пастушкамъ богини весны».
Сохранились и имена главныхъ исполнителей этого балета. Имена все громыя! Вотъ они: графиня Сиверсъ (старшая), графиня А. М. Воронцова, М. П. Нарышкина, графъ П. А. Бутурлинъ и друг. Оркестръ въ этомъ балет* тоже состоялъ изъ однихъ «бла- городныхъ» любителей музыки, точно такъ-же, какъ и предшество­ вавшая ему по порядку спектакля, трагед1я Сумарокова, «Семяра>, была разыграна опять-таки «благородными».
Правъ былъ Сумароковъ, славасловившш около этого временя россшскш прогрессъ по части эстетики въ такихъ отмйнныхъ вы- ражетяхъ:
„Се въ презренной сей пустыни Пышный градъ, и музы нынй Царствуютъ въ седеньяхъ сихъ! а
Музамъ, действительно, открывалось широкое царство...
Описанный балетъ «благородныхъ» былъ данъ въ 1763 г., во время коронацш Екатерины II , въ Москве. Потомъ въ Петербурге подобные балеты на придворной сцене сделались обычнымъ явле- Я1емъ, Такъ, въ 1764 г., по открыты новаго Зимняго дворца, на его •театр* былъ исполненъ аристократическими любителями,после пред- ставлешя трагедш Сумарокова, аллегоричесшй балетъ «Галатея и Ацисъ», въ которомъ велишй князь Павелъ Петровичъ (тогда еще отрокъ), по выраженш Штелина, «въ виде брачнаго бога «Гимена явяся, искусными и благородными своими танцами удивилъ всехъ зрителей». «Сотанцовавшими* великому князю были сзнатнйя дамы», девицы и кавалеры». Въ ихъ числе была княжна М. В. Хованская, особенно отличавшаяся искусснымъ танцовашемъ, судя по ниже­ следующему эпизоду, записанному Поропшнымъ.
Оркестръ въ этомъ балет'Ь тоже состоялъ изъ «благородных^, Въ немъ на флейт* игралъ графъ И. Г. Чернышевъ. «И вотъ, разсказывалъ онъ потом?,—какъ дошло въ балет* до того м*ста, гд* тавцовала княгиня Хованская, тутъ хоть мн* и играть было на флейт*, однако, я, положа ее, гляд*лъ какъ княжна танцовала>.
Зам*тимъ миыоходомъ, что у Штелина зд*сь вкралась, кажется, ошибка въ годахъ. Что Павелъ Петровичъ танцовалъ въ балет* въ 1764 г.—это не подлежитъ сомн*нш, иа основанш «Записокъ* Порошпна; но, в*роятно, въ другомъ какомъ-нибудь, а не въ «Га- лате* и Ацис*», такъ какъ постановка сего посл*дняго балета, съ учаотемъ великаго князя, а также «маленькихъ» Олсуфьева, Шереметева и придворныхъ кавалеровъ и дамъ, происходила въ 1765 г.
Въ теченш 1765 г. балетъ «Галатея и Ацисъ> игрался нисколько разъ артистами взъ «благородныхъ», но, кажется, безь учатя на сцен* Павла Петровича, хотя онъ и готовился къ в ему, очень ча­сто и старательно «проходя свой роль» Гименея подъ руковод- ствомъ балетмейстера Гранже, втеченш иосл*днихъ м*сядевъ 1764 г. При этомъ воспитатель великаго князя, Панин ъ, присут­ ствуя на этихъ репитищяхъ, зам*чалъ ему, что онъ, танцуя, «вы- ступаетъ очень на солдатскую стать».
Зд*сь будетъ кстати сд*лать поправку одной изъ многихъ пу- таницъ, допущенвыхъ историками нашего театра посп*шнымъ и неосмотрительнымъ обращетемъ съ фактами.
Въ «Исторш балета», явившейся въ «Литературномъ журнал*» за 1881-й годъ, читаемъ относительно балета «Галатея и Ацпсъ» и учасйя въ немъ великаго князя, будто Порошинъ утверждаешь, что представленге этого балета состоялось 18-го января 1765 г. Дал*е авторъ пишетъ: <ЪЬъся%ьъ спустя (т. е. съ 18-го января) въ запискахъ (Порошона) отм*чено: «Въ балет* «Ацисъ и Гада-' тея> танцовали все фрейлины и кавалеры. Роль его высочества» тожъ Именея, тавцовалъ графъ Н. П. Шереметевъ».
Мы* сейчасъ увидимъ, что авторъ несомненно, «Записокъ» Поро- шина не читалъ, а заомствовалъ приведенный изъ него цитаты изъ вторыхъ рукъ, которыя въ свою очередь перелистали эти за­ писки слишкомъ ужъ б4гло.
Начать съ того, что 18 января было не представлете, а репе- тицгя названнаго балета въ числ* другихъ пьесъ «благороднаго» нлп, какъ тогда говорплп, «кавалерскаго» спектакля, готовпвшагося на маслянице. У Порошина подъ 18-мъ января ясно сказано: «Вь пятомъ часу въ исходе пошли мы въ театръ. Его высочество пзъ своей ложи смотреть изволплъ, какъ ртетиц(я была кавалерской комедш п маленькой пьесы. Потомъ, какъ начался балетъ, изво­лплъ сойдтить въ театръ. Какъ стало доходить до его роли, то пзволплъ сесть на свое место...» Въ словахъ: «какъ начался ба­летъ» подразумевалась, безъ сомнйтя, его репетпц1я, ибо опъ за-ключалъ собою изготовляемый спектакль, посл'Ь «кавалерской» ко­медш н «маленькой пьесы». Таковъ былъ порядокъ вс г Ьхъ тогдаш-ннхъ нридворныхъ спектаклей, и балетъ отдельно въ это время никогда не давался, да и такой балетъ, какъ «Галатея п Ацисъ», не могъ одпнъ составить всего спектакля, ибо опъ, по нечисленно того-же Порошпна, длился всего лишь три четверти часа.
Наконецъ, что это была именно репетпщя, видно пзъ происшед­шей при этомъ интересной сцены. У тогдашнпхъ балетомановъ было въ обычай ходить на репетицш, особешю, новыхъ балетовъ. Какъ-то, около этого времени, Павелъ Петровичъ встретплъ во дворце камергера князя С. М. Голицыпа. Князь весь дрожалъ и «довосвлъ, что былъ на пробе балета, который черезъ несколько дней представленъ будетъ, и очень озябъ, потому что на театр'Ь холодно»... «Жалуется, что озябъ, будто кто посылалъ его смотреть! сказалъ Павелъ по уход* Голицына.—Вотъ до чего, людп влюблены въ позорища, что нЪтъ тершЬтя несколько дней подождать па-стозщаго балета! Охота вмъ глядеть пробы и мерзпуть».
ТЪмъ скорее, конечно, должны были эти нетерпеливые балето­маны сбежаться въ театръ на генеральную «пробу», когда въ ней принималъ учаоте велики князь. Ту1ъ уже, кроме балетомаши, действовала и <придворная граматика».
Такъ или иначе, но когда началась репетищя балета «весь по­ чти иартеръ, по разсказу Порошпна, полоиъ былъ смотрителей. Отъ хлопанья въ ладоши, въ ;ганцеваньи его высочество несколько сбился и обробелъ. Конецъ балету танцовалц еще разъ (что, само-собой понятно, могло случиться только на репетицш и именно потому что его высочество «сбился и обробелъ») Тутъ шло получше. При-шедъ къ себе, гневался его высочество, для чего бьютъ въ ла­доши. Изволилъ сказать: не усп'Ёлъ еше выйдтить я, такъ ушь и аплодируютъ; то-то ужъ настояние персики (персики значатъ у насъ ласкательство)»..,
Великш кшиь «сбился> и «оброб*лъ> потому еще, что это была первая репетпщя па театральной сцен* «Галатеи и Ациса». Черезъ 3 дня, именно, 22 января, у Порошина записано повторете *про- бы* того-же балета, при чемъ уже с его высочество роль свой весьма хорошо таицовать пзволилъ»...
Поел* 18 января, «м*сяцъ спустя», пишетъ авторъ «Исторш балета», —«въ зашшкахъ Норопшна отмечено, что представлеше <Галатеи и Ацпса» повторилось.,.
Между т*мъ, «мЬсяцъ спустя> въ запискакъ Порошина н*тъ объ этомъ ни слова и по той простой причин*, что въ томъ году, н*сяцъ спустя, наступилъ великш постъ, втечеши котораго всяме спектакли тогда прекращались. На самомъ-же д*л*, не «м*сяцъ спустя», а недай*е 6 февраля последовала постановка «Галатеи п Ацпса» въ томъ состав*, какъ указываетъ авторъ «Исторш», цити­ руя Порошина. Только это было не повторете этого спектакля, а первое его публичное представлеше, по заран*е сделанному пред­ положен^.
6 февраля было воскресенье сырной нед*ли —• начало масляной н «для публики, говоритъ Порошинъ,—на сей нед*л* были ниже- сл*дуюшдя увеселешя: сего числа на придворномъ театр* дворян­ская комед1Я» и т. д. Сл г Ьдуетъ исчислеше вс*хъ т*хъ пьесъ, включительно до балета «Галатея и Ацзсъ», репетящю которыхъ, происходившую 18 января, кое-каше историки нашего театра, а съ пхъ легкой руки и авторъ «Исторш балета», зачислили въ счетъ д*йствптельныхъ спектаклей, да еще изъ категорш спектаклей, пмевуемыхъ «собышшне­ точно также, кто не чяталъ въ подлинник* «Записокъ> Поро­ шина, легко могъ вывести такое заключев1е изъ его нзв*шя объ пеполпенш <м*сяцъ спустя» «роли его высочества, то есть (а не тожъ) Именея», графомъ Н. П. Шереметевымъ, что въ этой роли- де его высочество раньше фигурировалъ передъ публикой. Но этого ничего не бывало, потому что это было первое представлеше «Га- латеп п Ациса* и Павелъ Петровичъ, по бол*зни, а можетъ быть п по другпмъ какимъ-нибудь причинамъ и соображешямъ, долженъ былъ передать свою роль другому.
Упомянемъ еще о нЪсколькихъ балетахъ, около этого времени исполнявшихся сблагородними> и о которыхъ сохранились извЪстля.
Въ 1764 г., тоже на масляной, придворные любители играли мольеровскую комедш, въ концЬ которой былъ поставленъ Граиже балетъ, исполненный кавалерами и фрейлинами. Изъ послЪднихъ особенно отличились графиня А. И. Шереметева и Хитрово.
Въ 1765 г. «благородные» разыграли трагедш «Синавъ и Тру-воръ», опять таки закончившуюся спреизряднымъ балетомъ>
Вероятно такихъ любительскихъ спектаклей бывало не мало, но о нихъ н?тъ пзв4стш.
хгш.
Состоян!е петербургского балета ири цмператрицахъ Анн? и Елизавет^.—-Бадетъ «Радость народа о явленш Астреи». — Балетныя заамеаитосш того вреыени.—Эпоха процв*тан1я позорищныхъ нгръ.
До 1738 г. придворнымъ балетомъ завЪдывалъ Ранальдя или Фузано. Въ этомъ году онъ выбылъ заграницу, а по словамъ Кона, какъ объ этомъ мы упоминали выше, — высланъ былъ Бирономъ, которому ч4мъ-то «неугодилъ». ВпослЪдствш, со вступлетемъ на престолъ Елизаветы Петровны, Фузано, прежде обучавшш импе­ратрицу танцамъ и пользовавшшся ея милостями, снова прибыль въ Россш, и былъ принять на службу вторымъ придворнымъ ба-летмейстеромъ и оставался въ ней до второй половины пятидеся-тыхъ годовъ.
Ланде, смйнивипй въ 1738 г. Фузано, оставался главнымъ ба- летмейстеромъ, завЪдывалъ балегнымъ учияищемъ и придворной балетной труппой по конецъ своей жизни. Онъ умеръ въ Петер­бург* въ 1748 г. (а не въ 1760-мъ, какъ значится у нйкоторыхъ историкойъ). Когда впослйдствш, какъ мы сказали, Фузано былъ снова принять на службу (именно, въ 1742 году), въ его в4д?. Hie былъ предоставленъ комичесюй балетъ, а Ланде завйдывалъ серьезнымъ балетомъ пли балетной драмой. Оба они были не только пскуссные танцмейстеры, но и сочинители по балетной пасти. Наиримйръ, къ каждой новой onepi , которая ставилась на петербургскомъ театрй, они сочиняли новый, соответствующей содержашю оперы балетъ. Заниматься такого рода творчествомъ тогдапшимъ балетмейстерамъ приходилось, надо полагать, немало, потому что со временъ Анны Ивановны до конца прошлаго стол4т1я при русскомъ двор? постоянно почти находились на служб*, смйнявпие одинъ другого, лучине и плодовитЬйпйе евро-пейсше композиторы, въ кругъ обязанностей которыхъ входила непременное услов1е сочинять и ставить новыя оперы, не говоря уже о «возобновлены» на петербургской сценй выдающихся оперъ и оперетокъ обще-европейскаго репертуара. А мы уже зяаемь,--что тогдашняя опера была немыслима безъ балета, который, къ тому-же, больше приходился по вкусу и по мыслямъ нашпмъ малораз- вптымъ театраламъ, чЪмъ утонченные ше-дёвры итальянской музыки.
Въ то время «балетъ, какъ сказано въ нашей книгб «Очеркъ исторш музыки» j —обыкновенно не входилъ въ самую оперу, а только механически перемежался съ нею: посл? каждаго акта оперы полагалась для антракта балетная сцена ponr la bonne bonche . Впрочемъ, иногда онъ являлся какъ-бы мимическимъ ко- ментар1емъ или пллюстращей содержатя оперы, и вер?дко въ то время, какъ текстъ проваливался въ мнЬнш зрителей,—иллюстращя его вызывала восторги».
Впослйдствш мы будемъ им^ть случай фактически подтвер­дить это опредйлеше.
Въ дни Анны Ивановны и поздние петербургской итальянской оперой завйдывалъ даровитый и плодовитый композиторъ Арайя. Онъ сочинилъ и поставилъ за это время целый рядъ большихъ оперъ, начиная съ известной намъ: «Сила любви и ненависти», и, разумеется каждая изъ нихъ сопровождалась балетомъ, хотя подробныхъ св-ВД^шй объ этомъ мы не имйемъ. Сохранилась, между прочнмъ, афишка о постановки въ 1743 году оперы Арайя «Александръ въ Индш», въ которой сказано, что опера эта была представлена «съ хорами п-Ьвчихъ и балетами».
Кром^ балетныхъ аятрактовъ въ оперныхъ спектакляхъ, Ланде и Фузаио, а потомъ и друпе балетмейстеры, сочинили и ставила иногда, по поводу, главнымъ образомъ, какыхъ-нибудь торже- ственныхъ случаевъ, самостоятельный, законченная балетныя сцены, содержавпня свою собственную идею и получавпия особое назва- Hie . Такъ, въ 1742 г., во время пышныхъ празднествъ въ Москв'Ь по случаю короиацщ Елизаветы Петровны, были представлены два балета: сЗолотое яблоко на пирй боговъ и судъ Парисовъ> и «Радость народа о явленш Астреи иа рошйскомъ горизонте -и о возстановленш златого времени».
Последит изъ этихъ балетовъ былъ данъ послй большой оперы «Милость царя Тита» (« La Clemenza di Tito ») и пролога, сочиненнаго Штелиномъ: « La Russia afflitta е riconsolatta ». Со- держаше балета было аллегорическое, въ смысли льстиваго пре- вознесешя императрицы, отождествленной въ лицЬ богини Астреи. Друпя действующая лица изображали «семь царственныхъ добро­ детелей»: Справедливость, Мужество, Челов$колюб1е, Велякодунпе,. Милость, Любовь и Постоянство. Коръ-де-балетъ представлялъ народы четырехъ частей св?та. Сочинете и постановка этого ба­ лета принадлежали Ланде. Онъ прошелъ успешно и вызвалъ, по выражешю современника, «великую похвалу» своими, какъ замй-тилъ другой современникъ, «экстраординарными танцами». Тан- цовали въ немъ, кром? иностранныхъ артистовъ и артистокъ, также и pyccKie : Чоглоковъ, Елизавета Б4лоградская, Авдотья Ти­ мофеева, Аксинья Сергеева и др. Коръ-де балетъ состоялъ изъ <русскихъ мальчиковъ и д4вочекъ—д?тей конюшенныхъ придвор- ныхъ служителей», т. е., в^рн^е сказать, учениковъ балетнаго училища и «сторонвихъ» любителей, а въ томъ числ'Ь «дворянъ, обучавшихся въ Сухаревой башн^»...
- Объ исполненш сЗолотого яблока», которое Кони называетъ первой у насъ, по времени, «хореграфичеекой драмой», св$д4нш не имеется. Известно только, что представленныя въ этомъ ба­лет*, на суди Париса, три богини олицетворяли трехъ импера- трпцъ: Екатериву, Анну и Елизавету. Тотъ-же Кони, на основанш имевшихся у него рукописныхъ источниковъ, сообщаетъ о поста­ новки во времена Ланде еще одного большого балета съ «экстра­ ординарными танцами». По его выражешю, балетъ этотъ былъ <см4шанъ» съ оперой « Scipio », данной въ 1745 г. по случаю бра- жосочеташя великаго князя Петра Федоровича. СвйдЗше это цйнно по приведенной Кони афишке, съ обозначешемъ дъйствующихъ лицъ названнаго балета и ихъ исполнителей. Вотъ этотъ спиеокъ:
Исише .................................................. Фузано
Венера ................................................. .. Аксинья.
Куаидо ................................................. Лебрень.
Гименъ ................................................ Авдотья.
Аполло ................................................ Афонасш.
Панъ ..................................................... Джузепие Фаб1ани.
Гращи .................................................. Мадамъ Коломба, Наталья
и Аграфена.
Здесь весьма характеристично, что въ то время, когда ино­странные артисты названы по фамильямъ и даже какая-то Коломба титулована «мадамой», pyccKie обзначееы одними личными име­нами. Таковъ былъ обычай, державшшся втеченш всего почти прошлаго столейя и основанный на барскомъ, презрительномъ от-ношенш къ русскимъ людямъ «подлаго состоятя» (т. е. не дво-рянамъ), а отчасти и ко всему вообще артистическому классу. На афигаахъ еще pyccKie артисты и артистки прозывались, по край­ней мере, полными именами, а въ обыденномъ языки тогдашнихъ театраловъ ихъ <кликали> просто уменьшительными: Лизка, Дунька, Афоня, Ванька и т. п.
Кони приводитъ, впрочемъ, п фамилш этихъ нашихъ перваго урожая служителей Терпсихоры, сформировавшихся подъ руковод- ствомъ Ланде. Ихъ звали: Аксинью—Баскаковой (въ другомъ месте у Кони, а также у другихъ авторовъ упоминается только одна Аксинья—Сергеева. Вероятно, она-же и Баскакова, быть можетъ, по мужу), Авдотью—Тимофеевой, Афонайя — Топорковымъ, На­талью-—Серг4евой и Аграфену—Ивановой.
Имена эти записаны и у Штелина, но относительно помяну-тыхъ въ вышеприведенной афишке двухъ иностранныхъ именъ онъ существенно расходится съ Кони хронологически. Говоримъ о Фаб1ани и Коломба, имена которыхъ у Штелина встречаются впервые не ранее 1753 г. Между т'Ьмъ Кони относить свою афишку къ 1745 г. Это очень грубый анахронизмъ.
Дело было такъ. Со смертью Ланде петербургски балетъ не­ сколько упалъ и обезлюдйлъ. Лучппя балерины—иностранныя по­ разъехались, pyccKia —повыходили замужъ и были уволены. Такъ, блиставшая въ 40-хъ гг. Джул1я Фузано въ 1753 г. оставила сцепу п уЬхала въ Италш. Около того-же времени ея ученица, Аксннья Сергеева, которую она, по словамъ Штелина, <сбучила до совершенства», и которая была лучшимъ украшешемъ русской балетной труппы, тоже оставила сцену, по случаю выхода замужъ. Одновременно съ этими двумя знаменитостями женскаго балетиаго персонала временъ Ланде «удивлялъ знатоковъ> свопмъ хорегра- фическимъ талантомъ его ученикъ, французъ Ле-Брюнъ (или Ле- брень). Имя его тоже перестаетъ встречаться въ 50-хъ годахъ.
Въ виду такого запуст4н!я на балетной сцен$ и какъ разъ въ то время, когда петербургски дворъ истощался въ изобретены* безпрерывныхъ и всевозможныхъ увеселенш, балетмейстеру Фузано было поручено въ 1753 г. навербовать для Петербурга въ Италш новую балетщю труппу. Онъ исполнилъ это поручеше и въ томъ- же году, какъ сообщаетъ Штелинъ, вывезъ изъ Италш двухъ ба- леривъ «для серьезныхъ танцевъ»—Коломба и Фаб!ани, двухъ танцовщиковъ—Фаб1ани и Тардо, и шесть фигурантовъ.
Изъ этого изв^сйя, заслуживающая) полнаго довер!я, потому что Штелинъ записалъ его, какъ современникъ и очевидецъ, ясно видно, что Коломба и Фаб!ани не могли играть въ Петербурге въ 1745 г., какъ утверждаетъ Копи.
Ангажированная Фузано труппа снова поставила Петербурге™ балетъ на достодолжную высоту, въ уровень съ пресыщенными вкусами тогдашнихъ меломановъ.
Нужно сказать, что вообще пятидесятые года прошлаго века, обнимаюпце вторую половину царствовашя Елизаветы, были у насъ едва-ли не самымъ пышнымъ, разгульно-вальтасаровскимъ nepio - доыъ за все столбе, по безконечности, разнообразш и расточи­тельной роскоши всякаго рода празднеству пиршествъ, зрЪлищъ и увеселешй. Стоитъ пробежать только того времени газеты или «Камеръ-фурьерскш журналъ» («Банкетный»), чтобы потерять счетъ всевозможнымъ парадамъ съ пушечной пальбою и съ нево­ образимо-затейливыми, ослепительными илюминащями, когда, бы­ вало, «по приказу полицш, какъ изв$щаетъ современный репор- теръ, и въ самыхъ подлыхъ дворахъ (т. е. домахъ) ни наодномъ окне меньше 10 св4чъ зажечь не можно было>,— затймъ, безпре- рывнымъ, необыкновенно обильнымъ и пышнымъ «трактаментамъ>, на которыхъ, въ илюминованвыхъ, случалось, 3,500 восковыхъ свЪчей и 6,000 шкаликовъ, спубличныхъ покояхъ> дворца, угоща­лось за фигурными столамп, украшенными «десертными эмблемами^ но несколько сотъ гостей, блистательнымъ баламъ, «куртагамъ», маскарадамъ съ лотереями, спектаклямъ и проч.
Никогда до этого перюда самыя общественный собращя и уве-селешя не бывали у насъ еще такъ многолюдны и великолепны. Светская разсЬянная жизнь, по европейской мод?, охватила все об­ щество и—какъ свидетельствуете», наприм?ръ, «Камеръ-фурьерскШ журналъ»—даже «духовныя знатныя персоны» открыто посещали придворные оперные и балетные спектакли, и это считалось тогда въ порядки вещей.
Старозаветная Москва соперничала въ этомъ отношенш съ ново-явленнымъ европейцемъ—Петербургомъ. Каждый цргЬздъ госуда­рыни въ Москву сопровождался цЪлымъ потокомъ пировъ, праз-днествъ п зрйлищъ. Въ 1754 г. вся культурная Москва стекалась на <публичные всего дворянства маскарады> 5 на которыхъ бывало до 1,300 «персонъ> въ маскахъ. Москва такъ разъохотилась на этого рода забаву, что въ ней завелись тогда-же п всесословные <публичные вольные маскарады>, устропвавипеся въ театральной зал-Ь французскпмъ комед1антомъ Серегнемъ, съ платой по 2 руб. съ персоны. Одновременно так1е-же маскарады органпзовалъ въ Петербург* аптрепренеръ Локателля. Ихъ посещало все столич­ное высшее общество н въ томъ числ*Ь сама императрица, являв­шаяся туда въ маек* и инкогнито.
сЕсли петровскую эпоху можно справедливо назвать царствомъ ]уущпнъ и, главное, царствомъ рабочпхъ, — говоритъ одонъ исто-рикъ,—отчего царство это являлось довольно грубоватымъ и даже буйнымъ, то съ Елизаветы настаетъ царство женщинъ и собственно царство людей празднующихъ и торжествующих^ отчего царство это выходило довольно гуманнымъ и очень веселымъ. Какъ-бы знаме- шемъ времени этого посл?дняго царства учреждается даже маска-радъ, называемый метаморфозу въ которомъ мужчины должны были одеваться въ женшя платья, а женщины въ мужшя* Впер­вые таюе маскарады были устроены въ Москве въ 1744 г. >
Въ это-же время процвЪли въ Петербурге и всякаго рода те-атральныя зрелища, включительно до балета. Даже можно сказать, что балету тогда особенно оосчастливилось, и этотъ перюдъ былъ для него едва-ли не самый блестящи за все прошлое столЬпе.
Въ пятпдесятыхъ годахъ въ Петербурге Сило два придворныхъ театра: «малый*—въ самомъ дворце (блпзъ ныиешняго Полицей-скаго моста) п «большой оперный домъ» (близь Летняго сада, вместо сгорйвшаго такого-же «дома» уКазанскаго собора), въ ко­торый, кроме знати, помещавшейся въ партере, были «нускапы» въ 1-й и 2-й «этажи> (т. е. въ галлереи) «смотрители всякихъчи-иовъ> безплатно, «по билетамъ за печатью придворной конторы».
Кроме того, имелись загородныя театральныя сцееы въ Смоль-помъ дворце и въ Петергофе, на которыхъ давались снектакля летомъ, а/также въ Орашенбауме—при «маломъ> дворе наслед­ника престола. Сверхъ того, стали заводиться и частные театры. Въ 1748 г. явился немещий театръ Акермаеа, потомъ позднее устроили собственный театръ въ Большой Морской улице «пан-талонъ» Гилфертингъ и «арлекннъ* Сколярп, по привплегш отъ сената; но въ 1757 г. всйхъ йхъ затмйлъ своей блестящей труп­пой антрепренеръ Локателли, пребываше котораго въ Россш во­обще составляетъ одну пзъ яркихъ странпцъ въ исторш нашего театра за прошлое столе™.
Въ 1749 г. императрица вмяннымъ указомъ установила такой поря до къ для придворныхъ зрелшцъ: «отныне впредь каждоне-дельно пополудни быть музыке—по понед*льникамъ танцевальной % по средамъ итальянской, а во вторнпкъ п пятницу, по прежнему указу, комед1я51ъ>. Сюда не входили въ счетъ экстраординарный, весьма частыя тогда празднества.
Елизавета и придворные меломаны особенно жаловали фран­цузскую комедт, для которой спещально была выписава фран­цузская труппа Серегня, и оперетку—буфъ или «итальянскую пн-термед1ю», по тогдашней термпнологш. Спектакли эти разнообра­ зились русскими «тражед1ями» и большими итальянскими операми. Независимо отъ этого, каждый почти спектакль сопровождался ба- летомъ, а то случались и такого еще сорта дивертиссементы. Въ «Камеръ-фурьерскомъ журнале» за 1750 г. записано, что 10 ок­тября императрица смотрела въ «оперномъ доме> немецкую ин-термедш, «причемъ отъ действующахъ происходило: ходили и пе­ревертывались по канату>.
На основанш того-же источника можемъ заключить, что налич­ный придворный труппы часто пополнялись новыми, выписывае­мыми изъ за-границы персонажами, въ томъ числе и балетная труппа. Между прочимъ для насъ важно следующее пзв- bcTie наз- ваннаго «журнала>, пополняющее хронику Штелина.
Отъ 1 шля 1750 г. тамъ записано, что въ петергофекомъ «комед1антскомъ дом4> была исполнена интермед1я «Чиниха смЬ- шная> (вероятно: « Precieuse ridicule >) «вновь пргЬзяшми буфономъ п буфонкою, потомъ былъ балетъ и танцовали вновь пргЬзяйе взъ Италш и poccblcme дансоры и дансорши» (т. е. танцоры и тан­ цорки).
Следовательно, и paHie ангажированныхъ въ 1753 г. балет- иейстероыъ Фузано танцовщиковъ, о которыхъ говоритъ Штелпнъ, петербургский балетъ подновлялся за это время новыми артистами. Къ сожалйнш, «Камеръ-фурьерскш журналъ> не называетъ пхъ именъ.




Балет: учебное видео, мастер-классы, документальное кино, вариации и спектакли
Балет: учебное видео, мастер-классы, документальное кино, вариации и спектакли Балет: учебное видео, мастер-классы, документальное кино, вариации и спектакли
Балет: учебное видео, мастер-классы, документальное кино, вариации и спектакли

© 2005-2009 plie.ru
Классы |  Артисты |  Спектакли |  Словарь |  Обучение |  Контакты

Система Orphus
Ошибка или нерабочая ссылка? - Выдели ее и нажми CTRL-ENTER!