Классический танец (балет) и хореография для взрослых, начинающих и продолжающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающиххореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Классический танец доступен каждому.
Попробуйте себя в балете!

хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих Уроки хореографии для всех:
для взрослых, начинающих с любыми данными.
Индивидуальные занятия и минигруппы 2-3 чел.,
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих любое время (утро, день, вечер, выходные).
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих Тел. (985) 640-64-16, м. Тимирязевская
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Добавить в избранное   Сделать стартовой
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Классы
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Новости
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Видео
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Словарь
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Уроки балета
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Контакты
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих  Обучение хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих  О балете хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих  Учебное видео хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Академия русского балета (Хореографическое училище имени А. Вагановой)
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Московская государственная академия хореографии
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Пермский государственный хореографический колледж
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих Другие классы
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих  Навигация по сайту хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Лента новостей
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Контакты, обратная связь
Обмен ссылками о танцах, хореографии, классическом танце, балете
Отзывы и пожелания
Обмен ссылками о танцах, хореографии, классическом танце, балете
Поиск минигруппы
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих   хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
01/08/2009 Наталья Аринбасарова. Лунные дороги.

Книга об известной актрисе Наталье Аринбасаровой, написана с ее слов дочерью — Екатериной Двигубской. Книга получилась искренней и увлекательной о том, как простую казахскую девочку закружил водоворот событий, о первой любви, о том, как она стала киноактрисой и как попала в семью Михалковых. В книге много забавных и трогательных эпизодов. Перед вами не просто интересная биография, но и оригинальное литературное произведение.

Наташе не было пяти лет, показывали фильм — его название стерлось из памяти, но эпизод, где революционные матросы в Большом театре смотрят "Лебединое озеро" — она запомнила на всю жизнь. Наташа не знала, что такое балет, но это ее потрясло. Девочка решительно сказала маме: "Я хочу так танцевать!".
В четыре с половиной годика она твердо решила: "Буду пелериной!" — перевод с девчачьего: "Буду балериной!". Наташа не представляла, что для этого нужно делать, и она в паре со своим упрямством вставала в стойки, растягивалась в шпагаты, крутилась колесом и гнулась мостиком. Позже ей это очень пригодилось. <...>
Наташа бежала по Коммунистическому проспекту, ноги подлетали сами собой. Резко остановилась, перед ней огромные буквы, объявляющие о наборе в хореографическое училище. Училище готовит артистов балета. Слово "хореографическое" Наташа тогда не знала, но то, что оно готовит артистов балета, заставило подлетать ее ноги еще резвее. Она примчалась домой. "Я поступаю в балетную школу!" — закричала она с порога: "Я буду балериной". "Нет" — ответила мать, — "Трудно учиться в двух школах сразу, станешь отставать в основной!", а такого позора не снести — Аринбасаровские дети все были отличниками, четыре класса Наталья закончила с похвальными грамотами. Девочка расплакалась: "Это моя мечта с четырех лет!". Жалостливые всхлипы. "Наконец-то, мы приехали в город, где есть балетная школа и театр оперы и балета!". Всхлипы еще жалостливее. "Если я не поступлю в этом году, на следующий год будет поздно". Мама сказала: "Если так сильно хочешь — делай все сама. Я ничем помогать не буду!".
Наташа сама бегала на все экзамены и отборочные туры, сама собирала справки в домоуправлении, в милиции, в поликлинике. "Победа! Я поступила! Меня приняли!" — визжала в восторге девочка.
В Алма-Ате в хореографическом училище преподают только танцевальные дисциплины и уроки музыки. Рано утром у Наташи начинались занятия в училище, во вторую смену в общеобразовательной школе.
Мама, мама! Если бы не помощь мамы, Наташа не выдержала бы и первый год. Мария Константиновна носила дочери еду между занятиями. Наталья уставала, уставала до злости, и как позорное следствие этого — Наташа перестала быть отличницей, стала хорошисткой, но зато отлично закончила первый класс хореографического училища. После одного года обучения ноги девочки изменились, приняли более четкую форму. Спина самовольно прямилась. По ночам икры сводило судорогой, как будто кто-то вцеплялся в ногу и выворачивал мышцу, пока не вскочишь, боль не затихнет.
В сентябре 58-го Наталья перешла во второй балетный класс. В один чудесный день ученикам сообщили, что группа ребят едет учиться в Московское хореографическое училище Большого театра. От счастья Наталья чуть не упала в обморок, когда узнала, что и она входит в ту группу. Девочка всегда мечтала поехать в Москву, ведь она там родилась. Наташа хотела снова увидеть пряничный Кремль, белоснежный Новодевичий монастырь, возле которого жили родители, когда она появилась на свет.
Мария Константиновна часто говорила Наташе, что у каждого человека есть своя звезда. Еще в Туркмении, когда ходили смотреть фильмы, когда спали под накомарником, Наталья буравила глазами небушко. Наташе всегда казалось, что у нее будет необыкновенная жизнь. Когда Наталья узнала, что поедет в Москву — в ней что-то дрогнуло. Ее мечта начала сбываться.
Дядя Саша Селезнев — директор алма-атинского хореографического училища, высокий худой человек, провожал ребят в Москву. Каждого он поднял за уши, расцеловал. Мария Константиновна плакала, Наташе было всего одиннадцать лет. Детей отправляли в плацкартном вагоне в сопровождении педагога.
"Через двадцать минут мы прибываем в столицу нашей родины — в город-герой Москву!" — протрещал в радиоприемник восторженный женский голос. Наташа подбежала к окну. От волнения сердце остановилось. Поезд, грозно ухая, гнался за перроном. Свисающие продолговатые лампы тряслись от ужаса, завидев несущегося железного змия. Грохот вагонов. В поезде суета, толкающиеся тюки, нахальные сумки. Окрики: "Аринбасарова, Аринбасарова, собирай вещи!"...
Сердце радостно застучало — Москва, многолюдье, "встречающие" цветы. Дети высыпали на платформу, завертели головами в надежде увидеть что-нибудь необыкновенное. Их встречал приятный, очень спортивного сложения мужчина — Михаил Иосифович Шкапкин. "Я — директор интерната, где вы будете жить!" — заласкался Шкапкин.
Долго ехали в автобусе. Наконец, вошли в двухэтажное здание: "Это теперь ваш новый дом!". Дети испуганной стайкой жались друг к другу. Крепко держали чемоданчики. Вдруг появилась хорошенькая девочка в белых гольфах, красиво одетая. Наташе ужасно понравились ее косички, середина косы была перевязана изящным бантиком, а хвостики крутились в тугих локонах. "Меня зовут Ван-Мэй. Я из Китая. Как хорошо, что вы приехать, а то я было скучно одна!" — поломала она русский язык: "Вы помогать я говорить по-русски?". В первый раз в жизни Наташа видела иностранку.
На следующий день проверяли данные. Ребята были в одних трусиках, Наталью вызвали пятой. Начали осматривать ручки, ножки — педагог бесцеремонно взял Наташину ногу и стал вертеть ею в разные стороны: "Ну, надо же, как циркуль!". У Натальи от природы был большущий шаг, и она была очень гибкой, не прошли даром ее спортивные усилия в Туркмении. Из двенадцати присланных детей оставили учиться десять, двоих отправили обратно в Казахстан.
Началась новая жизнь. Московское хореографическое училище Большого театра находилось на Пушечной улице. В училище преподавали все специальные и общеобразовательные дисциплины, приезжие учащиеся жили в интернате. Всех девочек поселили на втором этаже, мальчиков — на первом. Когда с Пушечной улицы входишь в подворотню — попадаешь в гулкий дворик, закрытый со всех сторон, с правой стороны двухэтажное здание Щепкинского училища, слева интернат. Первый год в интернате жило всего человек тридцать — группы из Таджикистана, Казахстана и Молдавии. Дети были на полном государственном обеспечении, за обучение платили республики. Окончив училище, Наташа должна была вернуться в Алма-Ату, танцевать в театре оперы и балета имени Абая.
Ребятишек кормили в столовой четыре раза в день, еда казалась очень вкусной. Особенно Наташу радовал бледный кисель. (Будучи взрослой, Наталья Утевлевна частенько заходила в столовую "Мосфильма", чтобы угоститься ностальгическим кисельком.) В интернате выдали все необходимое для жизни — одежду, белье, форму, тетрадки и даже пеньковые мочалки.
Наташу и Ван-Мэй поселили в одну комнату. Китаянка быстро выучила русский язык. Девочки подружились. Наташа узнала, что родители Ван-Мэйки китайцы, но живут в Индонезии. В хореографическое училище ее устроила знаменитая в то время певица и танцовщица — Тамара Ханум. Будучи на гастролях в Индонезии, она познакомилась с родителями Ван-Мэй. Тамара Ханум сказала, что девочка очень способна к танцу, порекомендовала отдать в училище Большого театра.
Мария Константиновна больше всего волновалась, как дочь будет мыть волосы. Мама дала Наташе массу ценнейших указаний, которые дочка силилась запомнить. Когда Наталья увидела девочек из Таджикистана в тюбетеечках, из-под которых свисало великое множество косичек — она успокоилась, со своими двумя она уж как-нибудь справится.
В интернате не было горячей воды, раз в неделю в выходной день учащихся водили мыться в Центральные бани. В очередной банный день Наталья и Ван-Мэйка заболели, не пошли в баню. Когда вернулись чистые девочки, Наташа и Ван-Мэй обомлели. Мытые головы походили на неаккуратные шерстяные помпончики, волосы были коротко острижены и от густоты смешно торчали в разные стороны. Оказывается, у кого-то из девочек обнаружили вши, и воспитатели, не затрудняя себя истреблением насекомых, остригли всех. С косичками остались только Наташа и китайская подруга Ван-Мэй.
Наташа так испугалась вшей, что, несмотря на температуру, помчалась в умывальную комнату. Схватила с окошка трехлитровую банку с раствором хлорки и вылила себе на голову. Эта банка всегда стояла в умывальной для дезинфекции раковин и туалета. Башку начало страшно щипать. Девочка решила немножко потерпеть, жаждая полного уничтожения предполагаемых тварей. Когда стало печь нестерпимо, Наталья засунула голову под холодную воду. И тут прибежала воспитательница. От возбуждения она подпрыгивала на месте: "Наташа, идем, там с Дюськой что-то случилось!".
Дюсенбек Накипов — маленький мальчик из казахской группы, увидев остриженный строй девочек, заперся в туалете. Дюсенбек горько плакал, отказываясь выходить. Перепуганные воспитатели никак не могли дознаться причины плаксивого буйства. Оказывается, он рыдал, боясь увидеть изуродованную голову Наташи Аринбасаровой, в которую был страстно влюблен. В знак протеста он просидел в туалете всю ночь, нечеловеческими звуками будоража весь интернат. Слезы мальчика спасли волосы Наташи и Ван-Мэй. Его возлюбленную не постригли, но от нее несколько дней безбожно пахло хлоркой.
Дюся был очень умным мальчиком, много читал, писал стихи, глубокомысленно философствовал. Впрочем, самозабвенная влюбленность Дюсенбека не мешала ему драться с объектом своего обожания. Дни шли. Ребята росли. Ничто не вечно под луной — постепенно его любовь прошла, переродившись в нежную дружбу. Дюсенбека и Наташу готовили как танцевальную пару.
С раннего детства приученная мамой к аккуратности, Наталья впервые в жизни затеяла стирку своего нехитрого бельишка. Она старательно выстирала трусики, маечки, ленточки, но ей показалось, что она не окончательно разгромила полчища грязи, тогда вспомнив, что мама всегда кипятит белье, Наташа нашла в умывальной облупленный чайник и электрическую плитку. Хорошенько намылив бельишко, засунула в чайник, налила водички и поставила кипятиться. Безмерно счастливая девочка ожидала полной победы над микробами.
Но тут Наташин воинственный пыл был охлажден вошедшей уборщицей. Она, театрально взмахнув шваброй, вскрикнула: "Ах, ты разбойница! Мы из этого чайника чай пьем, а ты в нем...". Ну, само собой разумеется, она ей понавешала много разных, порой незнакомых слов. Долго потом Наталья старалась не попадаться на глаза этой темпераментной даме.
Но как-то девочки показывали друг другу свои семейные фотографии. Только Наташа достала фото своей мамы — вошла уборщица.
Девочка, опасливо съежилась. Страж порядка, подойдя поближе, увидела Марию Константиновну. Уборщица опять взмахнула шваброй, но на сей раз восхищенно вскричала: "Ах, какая красавица! Это твоя мама? Это она тебя приучила быть такой аккуратницей?". И Наталья поняла, что она на нее не сердится.
В первые годы учебы выходить с территории интерната учащимся строго запрещалось, играли только во дворе. Иногда детей выводили на прогулку воспитатели. Картина была незабываемой — стайка деток в грубых пальто на вырост, в шапках-ушанках и суконных ботинках, больше походивших на ортопедическую обувь, парами разгуливала по Москве. Многие из них имели косую азиатскую наружность. По-разному относились к ребятам люди. Одни шипели вслед: "Детдомовские, инкубаторские". Казалось, что может быть умильнее, чем двадцать пар смешных ребятишек, гуляющих по улице! Но, к сожалению, люди предвзяты, часто подвержены каким-то предрассудкам.
И все же чаще прохожие относились к детям ласково. Вокруг них витал ореол одаренности — они учились в элитарной школе, считались маленькими талантами. Им улыбались вслед.
Наступило очередное седьмое ноября. С улицы гремит праздничная музыка, песни, крики — "Ура!". Дети играли в интернатском дворике. Но разве может человек устоять перед соблазном, от которого его отделяют чугунные ворота? Дети робко выглянули из подворотни. По солнечной Неглинной шли демонстранты с большими плакатами, красными цветами, воздушными шарами. Сами того не замечая, ребята втянулись в яркую толпу. Их было всего человек двенадцать, дисциплинированная Ван-Мэйка тоже была с ними. Люди ласково обращались к детям, спрашивали: "Откуда вы?". Узнав, что из балетной школы, что недавно в Москве, восторженные граждане заявили, что движутся к Красной площади, заверили, что это совсем недалеко и что обязательно нужно полюбоваться ее красотой. Маленькие танцовщики, недолго думая, решили идти с ними. Какая радость маршировать среди праздничной толпы, горлопанить песни, знакомиться с людьми! Демонстранты были единым, шумным организмом. Интернатовцам дарили цветы, угощали конфетами, печеньем, мороженым!
Красная площадь! У Наташи дух перехватило, когда ликующая толпа внесла ее на скользкий булыжник. Красная площадь такая огромная, волшебно красивая, башенки кирпичных стен неслись ввысь, горели звезды, собор Василия Блаженного казался ожившей сказкой. Наташа любила Родину всем своим маленьким патриотичным сердцем!
Захлебываясь радостью, дети не замечали времени. В ноябре темнеет рано. Постепенно толпа рассосалась, и они остались среди праздничных останков. Повсюду валялись растоптанные бумажные цветы, сдутые шарики, фантики от сладостей. Куда идти? Откуда пришли? Загребая мусор ногами, ребята плелись по пустой площади, кто-то плакал. Стало совсем темно, холодно, одиноко. Неожиданно из темноты вынырнули раскосые лица китайцев. Ван-Мэй защебетала на родном языке. Выяснилось, что китайцы — студенты, учатся в Москве не первый год. Они любезно вызвались проводить детей.
В интернате полная паника — куда пропали дети! Усталые и впечатленные ребята пришли домой. Им было немедленно сказано, что всех отправят обратно к родителям за то, что самовольно покинули территорию училища. Слезы, рыдания, заверения! В конце концов, учащихся простили, но категорически запретили покидать двор без сопровождения взрослых.
Весеннее утро. В окно бьется солнце. По дороге проехала поливальная машина, набрызгала водой. Наташа светится смехом, в ответ раздается сонное "китайское" бурчание. Ван-Мэй, спрятав свое миленькое личико под одеяло, тоненько просопела: "Доброе утро!". "Доброе утро!" — хохочет Наташа.
В комнате развалились огромные сундуки, привезенные Ван-Мэй из Индонезии, пораскрывали свои пасти. Чего там только не было — платья, кофточки, туфельки, конфеты, жестяные коробки какого-то удивительного сушеного мяса. Вчера девчонки им угощались, мясо было остро-соленое, с привкусом нафталина, придававшего кушанью особую пикантность.
Ван-Мэй была из состоятельной семьи, ее родители имели свои магазины. Первого мая Ван-Мэйка нарядила всех девочек в свои чудесные платья. Таких красивых нарядов Наташа не видела никогда. Ей досталось белое платье в меленький черный горошек, с бархатным бантиком под воротничком. "Ах, это же венец изящества!" — воскликнула Наталья, оправляя прохладную ткань.
Хорошенькие девочки в заграничных платьях с прелестно убранными головками рассыпались по коридору. Их каблучки горделиво отцокивали: "Как мы хороши! Как мы хороши!".
Вдруг прошмыгнуло что-то завистливое. Слово за слово и в праздничную стайку — пробралось недовольство. Никогда-то люди не довольны! Быстро девушки скатились с блаженного самосозерцания до брани, взаимных упреков, слез. На крики пришли воспитатели, велели успокоиться. Заплаканные, растрепанные, в уныло обвисших платьях все разошлись.
На следующий день наряды были отобраны, сложены в сундук и заперты на ключ. С Ван-Мэй серьезно поговорили, и она стала носить интернатскую одежду, стараясь ничем не отличаться от других. Даже в ее лице появилось что-то неотличимо советское. Но на последнем году обучения, когда ребята были уже выпускниками, Ван-Мэй еще раз на Новый год нарядила девочек. Обрядившись Дедом Морозом, она открыла второй сундук, извлекла оттуда подросший гардероб. Ее родители положили одежду на все годы обучения.
За шесть лет Ван-Мэй ни разу не ездила к родителям. На летние каникулы все разъезжались по домам, а ее отправляли в элитарный пионерский лагерь в Ватутинки. Для Наташи Ван-Мэй была инопланетянином, с совершенно другим, упорно-радостным восприятием мира. Они прожили шесть лет в одной комнате, знали запах друг друга, но ни разу Ван-Мэй не сняла свою воспитанную маску.
Ван-Мэй привносила в обыденность интернатской жизни разнообразие. Ее часто увозили в китайское посольство. Китайское посольство! Девчонки с голодным нетерпением ждали подругу, из посольства она всегда привозила диковинные вкусности: лапшу, конфеты в рисовых обертках — эти конфетки можно есть вместе с фантиками, они мгновенно таяли во рту. Больше всего Наташе нравились тончайшие макароны с острейшим соусом. Пять макаронных заговорщиц варили лапшу на электрической плитке, взятой у небезызвестной уборщицы. Запершись в комнате, с жадностью всасывали мучных змеек. От острого соуса потели носы.
Как настоящий обжора, начав говорить о еде, не могу остановиться, поэтому, если не хотите испытать то, что испытываю я, всякий раз глядя на еду, переверните страницу! Переверните! Откажите себе в удовольствии, а я над вами посмеюсь.
Недалеко от интерната на Неглинной улице, около ресторана "Арарат", располагался небольшой магазин "Чай". Там с левой стороны продавались конфеты, с правой — восточные сладости: нуга, халва, инжир, финики, напротив входа стоял пузатый кофейный автомат. Автомат, довольно пыхтя, раздавал замечательный кофе. Чашка кофею стоила пятьдесят копеек, а вкуснейшее, свежайшее пирожное — два двадцать старыми рублями. Итого цена абсолютного счастья — два семьдесят дореформенных рубля. Как только у детей заводились денежки, они бежали вкушать райскую трапезу.
Мария Константиновна часто в конверт с письмом вкладывала три рубля, иногда пять, а уж когда у Наташи было десять, она чувствовала себя богачкой — можно и подружку пригласить. Интересно, куда девается детское умение полностью отдаваться счастью? Взрослея, люди всегда счастливы с оттенком "хотя".
На витрине огромные дорогие коробки, а тут, тут и тут небольшие с черносливом, с вишней, с рябиной в шоколаде! И стоят-то всего 12, ну или 13 рублей. А клюква в сахарной пудре! А какая пастила! Воздушная, разноцветная пастила. А зефир! Зефир — эфир! Боже, какая поэтика! Заплатишь червонец с небольшим и летишь на райскую планету!
В интернате училась англичанка — Анечка Стоун. Девочка приехала маленькая, тоненькая, в ней не было и сорока килограммов. И все плакала бедная. Первое время ей было тяжело от бытовой неустроенности, от невозможности принимать каждый день душ. И она рыдала, рыдала. Девочки испугались, что она совсем изрыдается, всем коллективом принялись успокаивать, сочувственно спрашивали:
"А как же ты, Анечка, живешь в Англии?".
"У нас семья очень скромная. Моя папа рабочий, мама учительница. У меня
младший бразик. Живем в маленьком домике, всего семь комнат. Ах, моя домик!". И опять разливается озерами слез. Девочки жалели иностранку, что, впрочем, не мешало им покрываться легким румянцем зависти.
— Ты погляди, какие у нее сапожки!
— Да, а туфельки!
— Да, если бы у меня были такие красивые заколочки, я была бы самой счастливой!
Хозяйственная Наташа была безразлична к девчачьим безделушкам, больше всего ее поразила коробка стирального порошка ярко голубого цвета. Порошок так чудесно пах! В Советском Союзе в то время порошка и в помине не было. Как народ ликовал, когда в продаже появились грязно-серые коробки "Мыльные хлопья" — это тонко наструганное мыло, которое довольно быстро растворялось в воде. Пахли хлопья не очень то приятно, но весь советский народ дивился прогрессу. Потом появился порошок "Новость" — неплохой порошок. И опять всенародное ликованье!
Редчайший дар человека — умение привыкать. Анечка скоро утешилась, нашла успокоение в еде. Ей нравилась любая русская еда, столовская пища не была обижена вниманием иностранки. Если большинство девочек отказывались от каш, макарон, киселей, то Анечка съедала все. Она уверяла, что русская кухня вкуснее английской. В этом то уж нет сомнения, наверное, англичане потому так любят чай, что им все время кушать хочется. Анечке Стоун по английской привычке приглянулся магазинчик "Чай". Когда она в него входила, казалось, что конфеты, пряники и финики испуганно прячутся под прилавки, опасаясь зверского аппетита Анны. Она устраивала массовый террор сладостям, поедая конфеты килограммами. Невоздержанность наказуема, в результате своих чревоугодливых пристрастий к концу учебного года Анечка была похожа на чистого розовенького поросеночка с рыжей челочкой весом в 56 килограммов. Педагоги опомнились, схватились за голову и строго сказали: "Если за лето не похудеешь — придется тебя отчислить!".
К сентябрю Аня приехала снова весом в сорок два килограмма, наверное, сказалась благовоспитанность английских харчей, не терпящих излишества ни в чем. С тех "похудевших" пор Анечка предусмотрительно обходила стороной коварный магазинчик. Там же около интерната находились самые большие магазины Москвы — "Детский мир", ЦУМ, ГУМ, "Петровский Пассаж". Теперь в свободное от занятий время бедная Анна ходила туда вместе с советскими подружками, совершенно не разделяя их шумного восхищения. Она все время дивилась Наташе, которая зависала у витрин. У советских людей свои радости, непонятные иностранцам. Наталья обожала разглядывать манекены в платьях, казавшихся ей безупречно элегантными. А когда Наташа смотрела на витрины фруктовых магазинов, где высокими пирамидками были сложены чудесные фрукты, а по стеклу струилась водичка, у девочки кружилась голова: "Вот вырасту, буду зарабатывать много денег и куплю все это!". Обещание Наталья сдержала, когда выросла и стала зарабатывать деньги, она приезжала именно в магазины своего детства, чтобы купить фрукты для своих детей.
У похудевшей Анечки испортился характер, она волком глядела на двух девочек, соревновавшихся друг с другом в потреблении пищевых продуктов. Это были небезызвестная вам — Аринбасарова и москвичка Таня Иванова. Наталья, к своему великому удовольствию, не была расположена к полноте. Чем больше она ела, тем больше ей хотелось, каким-то чудесным образом жиры не откладывалась на ее тщедушном тельце. Ван-Мэйка и другие вечно худеющие девочки отдавали Наташе свою еду. Если Наталья не съедала три интернатских ужина, утром ей не хватало сил, чтобы заниматься танцем — ее качало, ноги не слушались, выделывая вялые па. Мальчишки на Наташу обижались, они по неписаному "мужскому" праву рассчитывали на отвергнутые ужины.
Таня Иванова обладала аппетитом, ничуть не уступающим Наташиному. Откусывая маленькие кусочки своим маленьким ротиком, она, наверное, смогла бы скушать слона. Но куда девалась пища, поглощаемая Татьяной — было тайной, обтянутой балетным трико. Танечка миниатюрна, с тоненькими ножками, плоским животиком, и у нее была тончайшая талия, которая, казалось, может переломиться под тяжестью огроменного бюста.
Наблюдая за ее трапезой, подруги приходили в восторг. Перед танцем Таня съедала полный обед, потом покупала стакан кефира с непременной булочкой, потом пирожок, потом еще чего-нибудь, а потом и еще чего-нибудь. После шла легкой походкой на занятия. Если у всех остальных послеобеденные животики заметно круглились, Таня оставалась такой же плоской, только грудь подымалась выше.
— Танька, у тебя желудок, наверное, в сиськах!
— Ох, а я бы еще столько же съела!
В счастливое Советское время страсть как любили устраивать различные декады, кворумы, съезды. Каждая республика представляла на суд восторженных советских зрителей показы национального искусства. Празднества проходили в столице. Это были своего рода Олимпийские игры. Все ликовало в разноцветном танце, песнях, достижениях народного хозяйства. Граждане белели нарядными блузками. Трамваи празднично дрынькали.
В 58-ом году в Москве проходила декада Казахской культуры и искусства. Детям торжественно объявили, что они примут участие в балете "Дорога дружбы" — будут изображать казахских ребятишек. В то время построили железную дорогу между Китаем и Казахстаном, ее-то и назвали "дорогой дружбы"! И вот в честь этого знаменательнейшего события, был поставлен балет. О чем балет, в котором учащиеся ликовали в национальных костюмчиках, Наташа не помнила. Да, собственно, зачем? Ведь чувство коллективной радости — такое буйное, затягивающее, неосознанное. Примечательно, что балеты, оперы, фильмы создавались по поводу самых достойных событий — строек плотин, дамб, добычи угля. Афиши так и пестрели всяческими победами советского народа.
Начались бесконечные репетиции. Дети бегали по всему Большому театру, быстро освоившись, знали все карманные уголки. Наташу манил "аромат" актерских уборных — неподражаемая смесь запаха грима, туалетного мыла, клея и пыли. Как-то Наталья бежала по коридору гримуборных, ее отражение подпрыгивало в мутных зеркалах, внезапно кто-то тучный схватил девочку за руку, строго спросил: "Ты умеешь читать стихи?". Девочка храбро: "Умею!". И немедля отрапортовалась стихотворением Некрасова: "О Волга — колыбель моя". "Молодец!" — расплылся толстячок. Куда-то повел Наташу.
Подвел к очень высокому господину. Человек был так продолжителен, что его лицо терялось в выси. Господин нагнулся, лицо прояснилось. Наташа обомлела — это был безжалостно красивый Нормухан Жантурин. Только что вышел фильм "Его время придет", где он играл Чокана Валиханова. Валиханов — царский офицер, демократ, просветитель — вообще личность замечательная. После этого фильма Жантурин стал кумиром Натальи. И вдруг услышать его бархатистый голос! А тут еще Наташе сказали, что с одной стороны сцены Большого театра Нармухан будет читать стихи на казахском языке, а с другой — она на русском. Нервы маленькой девочки совсем расстроились.
Опять начались репетиции. Наталья была горда без всякой меры. Подруги уважительно заглядывали ей в лицо. Но за счастьем приходит несчастье. Все расстроилось, режиссер почему-то все отменил — Наталья была безутешна. Могла ли себе представить Наташа, что через несколько лет она опять встретится с Нормуханом Жантуриным на съемочной площадке? Какие еще сюрпризы готовила ей жизнь?
Постепенно интернат разрастался, на второй год приехали ребята из Чечено-Ингушетии и Литвы. Началось!
Литовчики первое время делали вид, что ничего не понимают, не выказывали ни малейшего желания общаться с чужаками. Случались стычки между ребятами, дети обзывали друг друга, оскорбляя национальностью. Через какое-то время литовцы, по-видимому, устав от неудобства, проявили выдающиеся способности полиглотов, за несколько дней освоив русский язык, но из чувства национальной гордости еще долго ограждали себя от нежелательного общения сильнейшим акцентом. Как страшно, что все проблемы взрослого мира зеркально отражаются в детях. Детское существо тут же хватает то, что витает в воздухе, расправляясь с взрослыми за их глупость: в поведении литовских ребятах чувствовалось противостояние маленькой страны большой.
Воспитатели, строго поговорив с учащимися, решили проблему. Теперь при малейшем оскорблении по национальным признакам — грозило отчисление. Акцент улетучился, драки прекратились. Через несколько лет ребята, расставаясь после окончания училища, горевали. Все сблизились, стали родными.
Четверть века спустя Наталья Утевлевна с одиннадцатилетней дочкой Катей попала на съемки в Вильнюс. Наталья разыскала своих одноинтернатников — Витаса Куджму и Сигитту Вабалевичуте. Они были женаты. Ребята тут же примчались в гостиницу, забрали Наташу с дочкой. Москвички провели чудесные три дня, осматривая достопримечательности Вильнюса.
В один из дней пришли в театр. В танцевальном зале Витас выкрикнул:
"Ну-ка, давай вспомним адажио из "Лебединого озера!".
"Ты что, уж двадцать пять лет прошло!" — ахнула Наталья.
"Давай, давай!".
Витас, собрав Наташино тело, заскользил по полу. Удивительно, но ноги Натальи двигались сами по себе, помня каждое движение танца. "Ну вот, теперь ты можешь всем говорить, что танцевала с первым принцем Литвы!".
Витас и Сигитта окружили заботой московских друзей. Любое желание гостей предварялось. Не успевала Катя протянуть липкую ручку к чему-нибудь съестному, как это каким-то чудесным образом оказывалось у нее в животе.
Как-то днем москвички остались одни. Шли по солнечному Вильнюсу. На них смотрели неприветливые лица прибалтов, которые каким-то особым чутьем узнавали в них чужаков. Стройная восточная красавица — мама и округлое созданье с алчными раскосыми глазами несколько контрастировали с размеренным движением литовской толпы. Казалось, что весь гений нации направлен на соблюдение собственного достоинства.
Катина жадность до удовольствий завела маму в местный универмаг. Ее толстенькие ножки сами неслись к стеклянным дверям магазина, которые казались девочке райскими вратами, разве что не хватало архангела Михаила! Катя — раблезианское дитё, являвшее собой Гаргантюа и Пантагрюэля одновременно, вознеслась на второй этаж. Споткнулась на последней ступеньке, но ее лицо осталось невозмутимым. И вдруг! "Хочу!" — прогремело в голове у ребенка — на металлических плечиках висел черненький, плиссированный фартук, а за ним еще рядок чернявеньких собратьев. Катенька, восхищенно икнув, сорвала фартук. Весь мир заплясал радужными красками.
И вдруг! От прилавка отделилось нечто с хохолком сереньких волос. Пошло на ребенка. Девочка инстинктивно прижала фартук к себе, воинственно выпятив живот. Бледнолицая фурия с тонким клювом вместо носа продолбила: "Вам нельзя — вы приезжие!". Катя топнула ногой и уже было занесла мощный кулак, но вовремя подоспела мама, схватила ребенка за руку. Наташа стала просить, надеясь на вежливость слов. Не получалось. Катя кровожадно вращала глазами, горячо дышала. Все это действо не произвело должного впечатления на продавщицу. Она пятилась назад, повизгивая: "Нет, нет и нет. И вообще угомоните вашего ребенка!". Есть сорт людей, которые своей безупречной вежливостью умеют оскорблять. Наташа чувствовала себя униженной, дочь клокотала, еще чуть-чуть и ее бешеная энергия разнесла бы магазин.
И вдруг! В самую критическую минуту к ним подошла девочка, примерно Катиного возраста. Девочке, наверное, передалось то, что творилось в другом ребенке. Она тихонечко сказала: "Давайте я куплю для Вас фартучек". Наташа с радостью отдала деньги. Спустились в кафе на первый этаж.
Катя на нервной почве изничтожила великое множество слоеных язычков. Минуты бежали. Язычкам грозило полное исчезновение. Мама с дочкой забеспокоились, что их денежки перекочевали в карман маленькой негодницы. Наташа собиралась уходить, пытаясь увести заметно разбухшее от семи пирожных существо, но это плохо удавалось.
И вдруг! К ним подошла девочка, она держала в руках завернутый в коричневую бумагу фартучек. Извинилась за то, что так долго пришлось ждать. Ее младший брат описался — его нужно было отвезти домой переодеться. Мама с дочкой вернулись в гостиницу счастливые. Они победили злую продавщицу с хохолком бесцветных волос.
Вернемся в Наташино детство. Балет! Занятия танцем перемежались с общеобразовательными уроками, на которых Наталья преимущественно спала. Почти каждый день после учебы бывали репетиции, а вечерами дети частенько участвовали в спектаклях — кружились снежинками, пищали мышами, стучали оловянными солдатиками в разных спектаклях Большого театра, театра имени Станиславского, Кремлевского дворца съездов. Поздно вечером, возвращаясь в интернат, Наташа на четвереньках взбиралась на второй этаж. В умывальной стирала форму в соленых разводах и, наконец, забывалась заслуженным сном. В семь утра — подъем. Все повторялось снова.
Трудовой день начинался с уборки интерната. Ребята быстро прибирали постель, да так, чтобы на ней не было ни единой складочки, вытирали пыль, мыли пол. Каждый день ходила дежурная комиссия из учащихся с красными повязками на рукавах и белыми тряпочками в руках. Тряпками проверялось, не притаилась ли где пыль.
Потом была линейка, и самой чистой комнате вручался вымпел. Так же на чистоту проверялись и сами учащиеся. Внимательнейшим образом осматривались их уши, ногти, воротнички. После всех "чистоплотных" проверок дети дружно бежали в столовую. Провинившихся и нерадивых вечером вызывали на совет старост. Председателем совета старост была китайская подруга Ван-Мэй. Забавно было каждый вечер слышать, как Ван-Мэй ходит по коридору и нежненьким голоском кричит: "Свет старост! Свет старост!". В воскресенье занимались хозяйственными нуждами — стирали и гладили вещи, штопали трико, балетные туфли.
Наташа была виртуозной штопальщицей. Кружевной вязью она покрывала девственные носочки новых пуантов, чтобы они дольше служили. Когда стиралась штопка, нужно было своевременно наложить новую. Для танцоров балетные туфли так же священны, как для скрипача скрипка!
Изредка приглашали на склад — получать пуанты. Неистово хохочущее стадо неслось по коридорам. Девочки пихались, дергали друг друга за косы, ведь так хотелось первой успеть выбрать туфли, сшитые по колодке любимой балерины! В Большом театре у каждой солистки была своя колодка — пуанты шились индивидуально, надписанные фамилиями известных балерин, тапочки с небольшим браком отправлялись в училище. Девчонки знали, кому чья колодка подходит. Наталья старалась отбить туфли Майи Михайловны Плисецкой.
Наташа очень переживала, почему ей не дают никаких сольных партий. Ужасно завидовала другим девочкам, которые в воздушных пачках танцевали амурчиков или Машеньку из балета "Щелкунчик". Однажды, по своему обыкновению, Наташа мчалась, сломя голову, перелетая через три ступеньки. Опять кто-то крепко схватил за руку. "Интересно, почему это взрослые так любят хватать меня за руки? Наверное, их привлекает стремительность моего движения. Надо двигаться потише!" — промелькнуло в голове у девочки. На всякий случай Наташины глаза испуганно вытаращились. Цепкая рука принадлежала Ольге Сергеевне — педагогу по классическому танцу: "Ну вот, я же говорила, это не глаза, а фары!" — гулко прозвучала она: "Твои глаза будут видны с пятого яруса Большого театра!".




Балет: учебное видео, мастер-классы, документальное кино, вариации и спектакли
Балет: учебное видео, мастер-классы, документальное кино, вариации и спектакли Балет: учебное видео, мастер-классы, документальное кино, вариации и спектакли
Балет: учебное видео, мастер-классы, документальное кино, вариации и спектакли

© 2005-2009 plie.ru
Классы |  Артисты |  Спектакли |  Словарь |  Обучение |  Контакты

Система Orphus
Ошибка или нерабочая ссылка? - Выдели ее и нажми CTRL-ENTER!