Классический танец (балет) и хореография для взрослых, начинающих и продолжающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающиххореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Классический танец доступен каждому.
Попробуйте себя в балете!

хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих Уроки хореографии для всех:
для взрослых, начинающих с любыми данными.
Индивидуальные занятия и минигруппы 2-3 чел.,
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих любое время (утро, день, вечер, выходные).
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих Тел. (985) 640-64-16, м. Тимирязевская
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Добавить в избранное   Сделать стартовой
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Классы
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Новости
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Видео
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Словарь
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Уроки балета
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Контакты
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих  Обучение хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих  О балете хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих  Учебное видео хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Академия русского балета (Хореографическое училище имени А. Вагановой)
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Московская государственная академия хореографии
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Пермский государственный хореографический колледж
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих Другие классы
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих  Навигация по сайту хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Лента новостей
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
Контакты, обратная связь
Обмен ссылками о танцах, хореографии, классическом танце, балете
Отзывы и пожелания
Обмен ссылками о танцах, хореографии, классическом танце, балете
Поиск минигруппы
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих   хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
хореография для всех, классический танец для взрослых, балет для начинающих
17/01/2011 Семенова Людмила Константиновна.

СЕМЁНОВА Людмила Константиновна (р. 17.1.1921, Вязники Владимирской обл.), советская артистка.
Заслуженная артистка РСФСР (1955).
Училась в Горьковской балетной студии, совершенствовалась в Московском и Ленинградском хореографическом училищах.
С 1940 г. в Горьковском театре, в 1958-60 гг. преподавала в балетной студии театра.
Среди партий: Одетта - Одиллия, Эсмеральда, Хозяйка Медной горы, Аврора, Китри, Лауренсия, Никия, Мирандолина; Светлана ("Светлана" Клебанова), Tao Хоа, Раймонда, Зарема и Мария, Сюимбике; Актриса ("Большой вальс" на музыку И. Штрауса), Лена ("Юность" Чулаки), Оля ("Тимур и его команда" Нестерова), Лиса и Ласточка ("Доктор Айболит").

Мои воспоминания.
 
(Воспоминания о жизни и сценической деятельности одной из самых ярких и любимых актрис Нижегородского театра оперы и балета 40-х - 60-х годов 20-го века, заслуженной артистки России, прима-балерины Людмилы Константиновны Семеновой, имя которой вошло в историю отечественного балета).

Детство
В нашем роду артистов не было. Только моя мама, будучи учительницей, в сельской школе ставила там с учителями и учениками спектакли по Гоголю и Островскому. Я, конечно, не помню их, так как еще ползала по длинному школьному коридору, заглядывая в классы. Но мама всю жизнь любила вспоминать и рассказывать об этом времени.
Помню домашние новогодние елки. Все вещи из одной комнаты выносились. И как неожиданно там оказывалась волшебная елка. Все делалось руками мамы. Под елкой на снегу-вате мы находили белых зайчиков. На елке висели забавные человечки, золотые орешки, хлопушки, много, много всего. А всех детей наряжали в разные костюмы:на голове из цветной бумаги были разные колпаки. Это был мой первый театр, глубоко запавший в мою детскую душу.
Каждое лето меня и брата мама вывозила на дачу в деревню в разные местности. Здесь мне открывалось царство природы, ощущение ликующей радости в общении с ней. Восхищаюсь (и удивляюсь) какой-нибудь одной травинкой и всем бесконечным разнообразием природы. В этом смысле мне близки чувства японцев.
Мама в моей жизни играла огромную роль. Она была мудрым, добрым человеком. И тому, что я достигла в жизни и в самой себе, я обязана ей полностью. Я была богата духовным единением с ней.
Путь актера труден и тернист. Немалую роль в нем играет случай. С каких пор я себя помню, с тех пор я увлечена балетом. Лет около пяти меня мама впервые привела на спектакль оперетты. Как только я увидела танцы, соскочила с места, подбежала к барьеру, прильнула, и никакими силами меня не удалось посадить на место. Так любовь моя страстная к балету началась с первого взгляда. Но судьба не баловала меня. Долго и подспудно в душе моей развивались какие-то грезы, мечты неясные. Все как будто зрело, подготавливалось. Наша семья переезжала из города в в город, куда направляли отца, по профессии экономиста-плановика, где не было никаких балетных учреждений. Наконец, мы переехали в 1931 году в город Горький, тогда еще Нижний Новгород с плашкоутным одним мостом, и вообще облик города был другой.
Немного еще о детстве. Жили мы в переулке Вахитова на берегу Волги в высоком старинном доме – бывшем банке, на третьем этаже, потолки высокие – 3, 4 метра. Высунешь голову из окна, налево виден кусочек Волги. Мы босиком много дней проводили на ее берегу. Набережная была неухоженная, природная, не было таких причалов, и Волга была вся на виду. Ее не закрывали огромные пароходы и пристани. Зато здесь на берегу навалено было всякой всячины, сгруженной с пароходов, барж: и тес, и мешки какие-то, ящики, бочки и вообще непонятные предметы. Пахло соленой рыбой, мазутом, водой и гнилостью. Пароходы привозили и привозили, сваливая все прямо на землю, на берег. Не помню никакой охраны. Мы лазали по всему этому неустроенному грязному миру очень свободно, чувствуя себя исследователями. И не единого случая не помню, чтобы мы что-нибудь таскали домой. Но вот однажды были обнаружены новые бочки. Сгружали видно неаккуратно, некоторые из них треснули, и потекла из щелей патока. У нас в семье, которая считалась со средним достатком, сахар выдавался по норме.
Как я завидовала в школе одному мальчишке, который и французской (теперь городской) булки вынимал мякиш и насыпал туда сахарный песок. Он ел эту фаршированную сахаром булку, а я глотала слюнки. Так вот. При виде такого богатства патоки, глаза наши расширились, и мы, как говорится, отвели душу. Ели мы не один день. Сладким, липким было все: волосы, лицо, руки, одежда. Казалось, патока через поры вытапливалась из нас.
А потом помню, Волга вышла из берегов. По нашему переулку ринулся бурлящий, темный, грязный, сплошной поток воды. Мы с восторгом бродили босыми по этому потоку, шел сильный ливень, а мы чувствовали себя покорителями, смельчаками.
Двор наш представлял собой каменный мешок, ни деревца, ни травинки. Мы устраивали путешествие по крышам. Ох! Как интересно и опасно это было! Облазили все вокруг, не спускаясь на землю. Началом была крыша погреба, концом - крыша общественного туалета. Играли мы в чижа, лапту, прятки. Попадало за разбитые стекла, как и всем поколениям. Как сейчас слышу мамин зов из окна: «Люся, домой!».

Начало (Учеба)
Как только в Горьком открылась балетная школа при оперном театре в 1936 году (театр начал свое существование в 1935 году), я поступила в нее. Тогда мне было 15 лет, это катастрофически поздно, хотя я была маленькой и худенькой, на вид 10-12 лет.
Очень хорошо помню приемные экзамены, куда меня привела мама. Узкое длинное помещение с низким потолком, по стенам протянуты палочки – таким предстал передо мной балетный класс (или первое знакомство с балетным классом). Теперь там расположен буфет и гардероб. В одной стороне стояли рояль и стол комиссии. Девочки по одной дрожа от волнения проходили под музыку круг, подходили к станку (палочке), становились в позиции, поднимали вверх ногу. И когда подняли мою ногу, одна из преподавателей сказала: «Ого! Я беру ее к себе». Сердце мое из пяток взлетело к облакам.
Моя первая учительница Лариса Шеховская, молодая солистка балета любила кататься на лыжах. А иногда и поспать подольше. Мы долго дожидались начала уроков, частенько не дождавшись, с грустью уходили домой.
Расписание уроков составлялось с учетом одного помещения и для артистов и для учеников. Уроки были не каждый день, в основном 3 раза в неделю. Школа первых трех лет была слабой. Но надо отдать должное балетмейстеру Цейтлину Марку Давыдовичу, который благодаря своей энергии, предприимчивости много сделал для школы.
Пусть зародыш был слаб, немощен, но впоследствии много, много лет школа питала театр балетными кадрами. Последние три года (школа шестигодичная) преподавала у нас Щадных, очень крепкий и талантливый педагог ленинградской школы. Она в основном и «поставила нас на ноги».
Параллельно с балетной школой я училась в общеобразовательной школе-десятилетке. Транспорт в ту пору в г. Горьком был далеко не интенсивным. Мне приходилось с Нижневолжской набережной бегать в один конец в гору на ул. Гоголя в школу № 31 им. Ломоносова во 2-ю смену, а утром в другую гору – на пл. Свободы в «балет» в оперный театр. Но как-то радостно и восторженно жилось, какое ликование в душе, что у меня есть балет. Как в раннем детстве купят тебе новые ботинки, кожаные (что было редкостью), утром проснешься, вспомнишь, радость зальет, лезешь под кровать, а они стоят, блестят. Схватишь их и нюхаешь, и нюхаешь …, как хорошо пахнет, свежая кожа! До сих пор помню аромат новой кожи пополам с радостью.
В школе в старших классах у нас преподавала немецкий язык очень старая учительница, такая маленькая, худенькая, тихая. Она ставила с учениками школьные спектакли и концерты. Очень хорошо помню постановку «Русалка». Отдельные арии даже пели. Был балет в подводном царстве, который ставила я, и еще танец шутов с колокольчиками на свадьбе. Где-то доставали костюмы, и у нее их были целые сундуки. А русалок мы делали сами: марлевые хитоны, из зеленой крашеной мочалы делали парики, все украшалось белыми лилиями из бумаги. В школе знали, что я и моя подруга Мария Звонарева учимся в балетной школе. Нам вменили в обязанность принимать участие в каждом празднике. А мне приходилось еще сочинять, импровизировать танцы. Как было трудно и мучительно, а люди ждали, и приходилось «вылезать из кожи», делать невозможное. Два ученика нашей школы Савельев и Галкин впоследствии стали артистами Горьковского театра комедии.
По окончании десятилетки я поступила в Университет на химфак. Из-за неверия в свои балетные возможности и в существование таланта (да и мама советовала) мне хотелось закончить ВУЗ. Но начались головные боли из-за плохих вытяжных шкафов, пришлось с 1-го курса уйти. Сыграло роль и заявление балетмейстера Цейтлина моей маме: «Ее место здесь, в балете».


1943 г.
Первые шаги на сцене
Первым моим балетмейстером был Цейтлин М.Д. Последние два года в школе он нас занимал в нескольких балетах. Постановки Цейтлина отличались замечательной режиссурой. Его спектакли с ярко выраженной сюжетной линией были цельными, образы сильными. Слабее он был в хореографии. Иногда долго, мучительно искал движение, и я его понимала, вспоминая свои школьные постановки. У него и Покровской Галины Михайловны я училась актерскому мастерству, выразительности. Все спектакли с ее участием я смотрела с замиранием сердца, спрятавшись за кулисами, чтобы не прогнали. Врезался в память, как яркое пятно, балет «Эсмеральда», музыка Пуни в постановке Цейтлина. Спектакль был цельным, ярким, впечатляющим. Перед глазами развертывалась, проходила целая жизнь. Все сцены вытекали одна из другой логично, последовательно, четко.
Меня огорчает сейчас, когда я вижу в некоторых постановках разрозненные куски, какие-то короткие отрывки или наоборот длинные, ничего не говорящие телодвижения, какие-то намеки. Теперь увлекаются домыслием зрителя. Но нужно же и мысль подать, если она, конечно, есть. В балетах Цейтлина все было понятно и без либретто, трогало душу, вызывало мысли, чувства. Мы, ученики, участвовали в сцене «двор чудес» - картина жизни оборвашек, нищих, калек. Изображали детей, выплясывали на огромных бочках. Что творилось вокруг !!.. Настоящее «дно» по А.М.Горькому.
А в балетной школе настал наш выпускной вечер-концерт. Мне Марк Давыдович поставил отдельный сольный номер – вальс. Были там два тура на пуантах и выход-концовка на колено. Волнение безмерное, как и полагается, но станцевала я чисто. И вот, я артистка балета!
Начались мои сладкие мытарства и мучения. Сколько слез, разбитых надежд. Сказывались и недостаток школьного обучения, и слабое здоровье. Заканчивая десятилетку, я перенесла брюшной тиф (паратиф) с осложнением на сердце – миокардит. Врачи предрекали: умрете на сцене, если не смените профессию. Где там, пусть умру! Но на сцене! Пуанты, т.е. движения на пальцах мне очень трудно давались. Как чуть, так опять растяжение связок. Целая трагедия.
А жизнь шла. Мой первый танец, как артистки, был неаполитанский в балете «Лебединое озеро». Как я задыхалась (сказывался миокардит), но старалась это скрыть. Потом «лебедь» в массе, участие в других танцах балетов, опер, каждодневный урок-класс у палки, тренировки, репетиции. Постепенно крепну, зрею.
Первые мои гастроли с театром в г. Ярославле в 1940 году. Как радостна была эта впервые самостоятельная жизнь. Много парков в городе и в каждом площадка для бальных танцев. Если были свободны, бежали туда. Мало нам балета и откуда только силы брались?! А были совсем еще «зеленые» в свои 18-19 лет. Это теперь акселераты зрелые в 16 и даже в 14 лет. В 1941 году мы были с театром в г. Иванове. В день объявления войны 22 июня у нас шел дневной спектакль «Иван Сусанин». За кулисами раздались фразы: «Гитлер напал на Советский Союз!», «Война началась». Все к радио. Тревожно, смутно было на душе, ново и даже как-то интересно, неосознанно. Не доходило, молоды очень были. Не объять было такую махину горя ни душой, ни сердцем, ни умом. Не помню, до конца ли мы показали оперу, но вскоре нас отправили домой в г. Горький. И в эти-то тяжкие годы началось мое становление. Все было не так и не то, чему стремилась. Доходила до отчаяния, полного неверия в себя. Начала искать выход. Продолжая работать в театре, поступила на курсы иностранных языков. Но что приятно, и в университете и на этих курсах педагоги, когда я ушла, спрашивали обо мне и жалели, что я бросила учебу.

Становление
Но вот из Минска эвакуировали к нам театр оперы и балета. Две труппы слились и два театра начали работать, как один. В Минском театре была очень крепкая ведущая группа балета. Это слияние нашей труппе многое дало в творческом отношении, всегда ведь плохо вариться в собственном соку. Ведущая балерина из Минска Нина Моисеенко выходит замуж за горьковского профессора Березова. В горячее для работы театра время пребывает с ним на курорте, толстеет. Да, этого себе балерина позволить не может. Ее партнер Гончаров Сергей Назарович, срочно ищет себе партнершу. Первый взгляд его упал на Ирину Жевакину. Но работа не пошла, она – красивая женщина, очень следила за своей внешностью, а изнурительная тренировка не способствовала этому. Второй выбор пал на Нину Веретенникову с хорошей фигурой, но уж очень холодную и ленивую. Тоже ничего не вышло. Я была третьей. С полной отдачей окунулась я с головой в работу. Наконец-то жизнь наполнилась, я получила что хотела: перспективную работу, стремление к высшей цели и путь к ней А прежде всего саму работу – интересную и увлекательную. А это счастье!Как можно было упустить его! И Гончаров нашел во мне то, что искал. Начались бесконечные тренировки: уроки, репетиции вдвоем. Часто ночью после спектакля: на темной сцене с одной дежурной лампочкой.
Тренировались везде, где было свободно: под сценой в пыли на корявом полу, на натертом паркете в коридорах зрительной части. Репетировали изо дня в день, час за часом, упорно и настойчиво. Слезы, не могу больше, устала. Ничего, говорю себе, отдохнешь на том свете. Еще раз, еще раз… Без конца. Голова кружится. Ведь все на голодный желудок. Война. Хлынет из носа кровь, вот тогда хватит. Иди домой. В общем встретились два фанатика.
Упорству и терпению Сережи Гончарова до сих пор не перестаю удивляться. Просто он жил этим (балетом, своей работой). Причем занимался он со мной совершенно бескорыстно, лишь готовил себе партнершу. Чем я могла платить ему в то время?! Да и мысли об оплате не появлялось.
Помню один страшный день, когда мы пришли с Сережей из театра к нам домой. В доме была всего одна картошка на целый день на всех. Разрезали ее на 4 части – маме, папе, Сереже и мне. Ну и что ж! То ли переживалось другими. У нас было любимое дело, и мы могли окунуться в него, страна предоставила нам эту возможность, несмотря ни на что. Спустя некоторое время нам дали литерные карточки. Стало немного легче, появились силы.
Первой моей партией, подготовленной с Сережей, была Клеопатра в «Вальпургиевой ночи» в опере Гуно «Фауст». Постановку Сережа взял минскую, с очень сложными, новыми для меня поддержками. И вообще школа не могла нас подготовить в этой области из-за низкого потолка в балетном зале. Такая простая поддержка «на плечо» кончалась ударом головой о потолок и искрами из глаз. По сути, я начала осваивать их с Сережей заново. Как нам обоим было трудно! Но постановка была шикарная, помпезная – просто царская! Я была от нее в восторге. Это помогало. Стиснув зубы порой, зажмурив глаза иногда от страха шла на поддержку, на другую, упорно преодолевая. И вытренировали. Шли они впоследствии очень легко, хотя Сережа не был силачом, все было построено на ловкости, на темпе. Я купалась в этой партии, блаженствовала, до того она мне нравилась.
Костюмы делали сами по эскизам Сережи. Мама была со мной на гастролях и шила их. Сережа принес ярко красной краски с базара, положили в таз с водой, опустили материал. А котенок слюбопытничал, поставил передние лапы на край и заглянул в таз, да как вздыбится, да как отскочит с расширенными глазами. Сережа сказал: «Вот то, что нам надо, хорош цвет».
Когда мне Сережа предложил готовить «Лебединое озеро», я испугалась и наотрез отказалась. Ни за что не смогу! Он обманом уговорил меня подготовить для концертов сначала адажио, потом па-де-де. В общем дебют в «Лебедином озере» состоялся, причем обеих партий и Одетты и Одиллии.
И пошло и пошло. Это было самое удивительное время! Это такое счастье! Рассказывать о балетных спектаклях я могу только как бы изнутри, живя в них.
Партию Светланы в одноименном балете (муз. Клебанова) в постановке Цейтлина мне пришлось танцевать немного, сняли балет с репертуара. Но мне очень запомнился этот нежный и в то же время мужественный образ девушки-современницы. Было приятно и удобно исполнить его. Непрерывность линии образа, логичность вытекающих из одной в другую сцен, отсюда и цельность образа.
Например: уход из одной картины и выход в следующей с тем же настроением. В сцене свидания Светланы с любимым она дарит ему свою косынку. Девушки-подружки в другой сцене, подшучивая над ним, в игре отнимают эту косынку и убегают. Светлана видит свою косынку на другой девушке. Та, поняв что шутка далеко зашла, отдает косынку Светлане. В следующей картине Светлана одна появляется на сцене с косынкой. Идет грустный лирический танец с косынкой, такой трогательный. Очень мне нравился.

Раймонда
А работа наша с Сережей над балетом «Раймонда», музыка Глазунова! Слабость либретто Цейтлин как-то старался исправить. Были просчеты, были слабости в хореографии. Критики его ругали за то, что сарацины танцевали у него испанский танец. Но каждый спектакль его – это праздник, зрелище яркое, захватывающее.
Помню, как Сережа с мамой шили ему кольчугу из наших старых простыней, отдельно каждую ячейку окрашивая ее серебряной краской с клеем. Откуда брались силы и время?! Образ Раймонды величавый, гордый, нежный, высокий хранится в моей душе на особом месте. Подслушанный разговор в зале моей мамой во время спектакля и во время исполнения мной и Сережей адажио-дуэта на свадьбе:
Одна девушка-зритель: «Ну почему на свадьбе они так медленно танцуют?»
Другая: «Как ты не понимаешь, ведь это песня любви».

Мария
Всплывает в памяти балет Астафьева «Бахчисарайский фонтан» в постановке Цейтлина. Какой был колоссальный успех у зрителя! Я танцевала Марию. Покровская Зарему. Инсарский и Гуськов хана Гирея. Вацлава Гончаров. Этот спектакль стоит у меня в глазах так ярко, как будто и не прошло столько лет. Находиться с такими актерами и в таком спектакле было наслаждением величайшим.

Китри
Большая работа у нас Сережей была в балете «Дон Кихот» над партией Китри. Партия, требующая много темперамента, сил, технического блеска. Задорная, насмешливая, гордая и горячо любящая Китри. Но к ней я подошла как говорится не с пустыми руками, был накоплен какой-то багаж, опыт. Сначала мои коллеги приклеили мне ярлык голубых лирических партий. Мне это не нравилось. Я стала упорно работать в этом направлении. Как было интересно постигать разностильность, разнохарактерность образов, спектаклей. Входить в ту или иную эпоху, в тот или иной мир, и в ту или иную национальность, наконец. Конечно, помогали книги, но мало времени им уделялось, надо было гораздо больше, но где взять время. Гончаров, работая со мной, оттачивал очень четко не только технику танца, но что не менее важно выразительность, до каждого пальчика, взгляда, настойчиво и дотошно.
Он в работе был беспощаден и требователен. Он научил меня как надо работать.
В конце концов он вылепил из меня не только балерину профессионала, но и человека (упорство, настойчивость, терпение, аккуратность и безмерную любовь к своему искусству, к своему делу и многое другое).
И я ему благодарна бесконечно.
Сережа брал от балетмейстера как бы канву, а дальше все делал сам. Отдельный номер или спектакль приобретали своеобразность отличную в корне от других исполнителей. Никакой похожести настолько, что нам часто заявляли даже профессионалы: «У вас другая постановка»!
Шла война. А театр продолжал работать. И холодно и голодно, но ощущение, что мы нужны, подогревало. Зрителей всегда был полный зал. Особенно воодушевлялись мы. Когда его заполняли солдаты. А эти концерты в госпиталях для раненых! Концертов было огромное количество. И они продолжались не один десяток лет после окончания войны для раненых. Еще и сейчас лежат калеки войны в институте травматологии. Разве забудешь их глаза, подчас сквозь слезы и муки глядящие на тебя. В них и радость и благодарность, и боль и грусть, и тоска и надежда.
Во время войны у нас в театре шли шикарные оперетты. Такие были пышные, красочные с большим вкусом постановки. Где была в последствии не видела оперетты и в Киеве, и в Москве, и в прославленной Свердловской оперетте, и в Будапеште, наконец, наши были лучше, помпезнее, солиднее и по оркестру, и по вокалу, по декорации, по костюмам, по постановкам. Нашу труппу пополнили несколькими чисто опереточными прекрасными актерами: Зак. Зорин и другие. В оперетте «Роз Мари» был вставной балетный номер – блюз. Фрачный, элегантный мужчина танцует со страстно в него влюбленной мулаткой. Он снисходит до нее, его забавляет это чувство, но грань не переступает, он холоден. Как шикарен был в этом образе Сережа! В небольшом номере раскрывались взаимоотношения двух людей со множеством нюансов, а я от исполнения роли мулатки получала большое удовольствие. Блюз сменялся быстрым фокстротом. За 16 тактов вступления мой костюм совершенно менялся вплоть до туфель, головных украшений, браслет (за кулисами). Первый костюм одевался на второй. Зеленые перья (под страусовые) были под юбкой, на голове перья, на руках и ногах выпуклые браслеты. Все зелень с золотом. Набедренная повязка с перьями снималась, молниеносно одевалась маленькая белая юбочка короткая, только сзади, впереди на трусах был расшит серебром квадрат. Менялись браслеты, туфли, головные украшения. И шел танец фокстрот, совсем в другом стиле. Сережей было продумано и проделано все до мельчайшей подробности, как в оформлении, так и в танце, и в выразительности. Принимали нас «на ура», часто «на бис». Еще две пары танцевали этот номер, но он выглядел совсем иным.
В 1947 году мне посчастливилось быть участницей смотра творческой молодежи РСФСР в г. Москве. Первый конкурс в нашей стране. Подумать только, в 1945 году такая дорогая Победа над фашизмом, а в 1947 году уже страна устраивает смотр творческой молодежи на сцене ЦДРИ. Приехали мы в Москву только вдвоем с Сережей, даже пианиста в нашем театре нам не дали. Кого-то дали на месте. Темпы все не те, нюансов наших нет. Был какой-то кошмар! А из других городов даже балетмейстеры, репетиторы приезжали, не говоря уже о музыкантах. Да не нянчились с молодыми в нашем театре.

Эсмеральда
Постепенно Гончаров вводил меня во все идущие в то время балеты. Когда я освоила партию Эсмеральды уже в постановке Кудашевой, я вспомнила свою первую партию танцующего босого ребенка на бочке, думала ли я тогда, что буду танцевать саму Эсмеральду! Нет! Конечно, нет!
Танцевали мы с Сережей па-де-де из балета «Лебединое озеро». Пожалуй, я никогда в жизни так не волновалась. Получила вторую денежную премию. Кстати сказать, хотела поделить ее пополам с Сережей (денег тогда у нас «кот наплакал»), но он отказался взять.
Любопытно было ознакомиться с работами своих сверстников на периферии. Тогда столичный балет очень отличался от периферийного. Теперь эта грань почти стерта.
Когда мне стали поручать одну партию за другой, я почувствовала нехватку образования, общей культуры во мне. Меня потянуло в Москву, в Ленинград, окунуться в столичные балеты. ВТО выделило мне несколько раз творческие командировки. Я их использовала, как говорится, на полную катушку, смотрела все балеты, уроки репетиции, сама занималась в хореографических училищах в Москве у Кожуховой, в Ленинграде.
у Болтачеевой – ученицы Вагановой. Но, если не было балетного спектакля в какой-то день, я слушала оперу. Помню сложнейшую помпезную постановку «Декабристы» в Ленинграде. Какой размах, какая мощь! На сцене настоящая площадь, маршируют настоящие полки. А какой оркестр, какие певцы.
Я как будто побывала в том времени, в тех событиях и с теми легендарными людьми, прониклась их чувствами. Захватывающее зрелище. Исторические вещи только так и нужно ставить, приближенно-подлинно, только тогда они воздействуют правильно и сильно на зрителя.

Прима-балерина
Я была членом Совета ВТО двух созывов. Все пленумы и съезды тоже старалась использовать для всестороннего самообразования. Сами съезды давали много нужного и интересного. А какие интересные встречи были на них! Но я успевала еще позаниматься и на уроках в хореографическом училище или в актерском классе в Большом театре. Каждым вечером нас обеспечивали билетами в театры, музеи, концерты. Какое ошеломляющее впечатление мы получали прослушав оперу «Порги и Бесс» Гершвина в исполнении прославленной негритянской труппы США, гастролирующей у нас в Москве.
Отпуск свой я не один год проводила в доме творчества ВТО в Комарове под Ленинградом. Конечно, приезжала туда только переночевать. Опять уроки, опять спектакли и несомненно музеи, и сам Ленинград-музей довоспитывали меня.
Если в Цейтлинские уже готовые постановки вводил меня Гончаров, то впоследствии мне пришлось работать с рядом других балетмейстеров во время создания ими своих балетов.
Искания были уже с двух сторон, и исполнителя и постановщика. Постановочный период был у меня всегда мучительный. Пока я не раскрою и не ухвачу главную нить роли, да и спектакля, дело у меня шло очень туго. Я не могла справиться с техническими сложностями хореографии, пока не находила смысловую опору в них, пока не находила основной стержень образа. А подчас длилось долго. И когда я все соединяла в единое: образность, выразительность и технические трудности хореографии, - у меня в работе происходил резкий рывок вперед. Товарищи всегда поражались, откуда все взялось?! Это мой стиль работы, моя особенность в ней. И, если балетмейстер понимал эту особенность, доверял мне и терпеливо работал, искал вместе со мной, то подобная обоюдная работа давала неплохие результаты. Таким балетмейстером была Л.А. Серебровская.
Актерское мастерство мое зрело сначала на балетах Цейтлина и непосредственно в репетиционной, да и сценической работе с Гончаровым. Впитывала я игру и выразительность Г.Покровской, нашего ведущего баса И.Я. Струкова и др., училась и у драматических актеров. Преклонялась перед Черкасовым. У меня была настольная книга Станиславского.
Работа в балете берет человека целиком, все его силы, всю его душу, всю жизнь. Никаких хобби, никаких других увлечений (кроме, конечно, любовных, без этого не обойтись). Любовь к книге, к музыке, к живописи, особенно к скульптуре, ко всему прекрасному, к мужчине, наконец, - это все туда же, все в ту же копилку. Какую бы музыку я не слушала, мысленно я всегда ее оттанцовывала. Меня очень увлекали разнохарактерные, разностильные роли. Самой лучшей для меня похвалой и радостью было, когда зрители говорили, что меня не узнали, когда спорили, смотря балет, Семенова это или не Семенова. Такое бывало нередко и у тех, кто постоянно ходили на мои спектакли.
Три балетмейстера-постановщика сыграли основную роль в моей творческой жизни: Цейтлин М.Д., Язвинский Г.И., Серебровская Л.А., каждый из которых работал в театре продолжительное время. Балетная судьба моя очень счастлива, удачлива большим количеством классических и современных балетов. У меня в багаже огромный репертуар и очень разнообразный. Иногда приходилось второй раз работать над той же ролью с другим балетмейстером, но это было тоже интересно. Во-первых, проходят годы, взрослеешь, взгляды меняются и смотришь на ту же роль другими глазами. Во-вторых, работа с другим постановщиком над уже раз сделанной партией – это новая работа.
Большой период творческой жизни у меня связан с балетмейстером Г.И.Язвинским. Над «Лебединым озером» в его постановке я работала более осмысленно, была более подготовлена духовно, была крепче технически. К этому времени появилась зрелость как актрисы, как балерины, появилась возможность и умение работать самостоятельно. Впервые овладела постановкой Одетты и Одиллии. Какая благодатная почва для работы и исполнения эти две контрастные партии, да еще в постановке Петипа и Иванова.
Второй балет Чайковского «Спящая красавица» в постановке Г.И. Язвинского в моей жизни явился значительной вехой. Была проделана огромная работа, которая явилась блестящей школой и резко двинула вперед мое исполнительство. Балет пользовался большим успехом, годы шел при аншлагах. Аврора – лучезарный образ, несущий свет и радость всем – одна из любимейших моих партий.
Все 4 акта на сцене. Роль до предела насыщена танцами, движениями. Язвинский ставил легко и очень быстро, как из рога изобилия лились разнообразные движения. «Спящая» в его постановке мне нравилась и нравится больше других постановок. Например, номер адажио с 4 кавалерами более отвечал музыке, был сложнее и интереснее. И вся партия Авроры была насыщена техническими трудностями, была объемна и несла в себе большую физическую нагрузку. Но все было сделано как-то удобно, по восходящей, эмоционально. Большое удовлетворение и радость принесла мне эта работа, о которой Язвинский тогда сказал на обсуждении, что обычно у балерин какие-то сцены сильнее, какие-то слабее, а у Семеновой – Авроры все картины на одинаково высоком уровне: почти девочка (первый выход) и игриво-кокетливые, и помпезные (адажио с 4 кавалерами при королевском дворе) и лирические (свадьба). Язвинский делал в балете «Спящая красавица» целиком свою постановку. Аврору он делал для меня, на мои данные, на мои способности, все вариации, выходы, адажио, мизансцены. Я до сих пор считаю, что адажио Авроры с 4-мя кавалерами в его постановке было лучше, сильнее и музыкальнее всех остальных номеров! Физическая нагрузка в этом спектакле была огромна. В 4 актах Аврора танцует на сцене и нигде не снижается эмоциональный накал, нигде не отдохнешь. Но, несмотря на большие технические сложности в хореографии, я легко проводила эту большую партию, т.к. постановка была удобна для меня. Я безумно любила свою Аврору!
С Язвинским и репетитором Гласс я много и вдумчиво работала вторично над образом Марии в его постановке «Бахчисарайский фонтан». Позднее я исполнила и партию Заремы. Этой работой я долго не была удовлетворена, мешала моя лиричность и облик «зело» русский. Но со временем я вошла и в эту роль по-своему, конечно.
«Искусство эпохи, к которой принадлежит Людмила Семенова, и сегодня с нами, оно продолжается в творчестве тех, кто ныне составляет гордость и славу нашего балета, и тех, кто каждый день встает к классному станку, чтобы в будущем самим стать эпохой – пусть другой, но не менее прекрасной, чем та, в которой жили и творили великие и талантливые мастера середины ушедшего века». (С.Чуянов)

Н.Р. Долгачёва. О Людмиле Константиновне Семеновой.


Мне никогда раньше не приходилось быть знакомой с балеринами и, пожалуй, быть с ними ближе, чем с балкона оперного театра, и тем более как то очень неожиданно было, когда познакомилась я с одной из них, замечательной нашей балериной Семёновой Людмилой Константиновной.
Балет ещё со времен моего детства производил на меня впечатление чуда, это было какое – то очарование. А сами балерины казались существами не земными.
Познакомилась я с Люсей (Буду так называть Л.К.) в «коммуналке», где жила её семья и семья моей однокурсницы. Мы были юными! Еще не прошли годы войны, жилось трудно. Меня удивило тогда, как могут люди «коммуналки» так дружно жить, помогать друг другу, как жили семьи моих знакомых. Родители Люси были очень порядочные люди труженики. Такой же была и Люся. Люся тогда ещё работала в кордебалете, вскоре танцевала главные партии в нём, затем стала солисткой балета, потом - прима-балериной.
Да, она была удивительной труженицей и так любила своё искусство! Да и сейчас любит!
В те годы ей очень хотелось заняться и музыкой, поучиться игре на фортепиано, и у неё были все данные к тому, но, к сожалению, условия не позволили продолжать начавшуюся успешно работу.
Я говорю всё время в прошедшем времени, ведь эта замечательная балерина хоть и не может по возрасту да и по состоянию здоровья, давненько не может не только танцевать, но и ходить (что, к сожалению, не редко случается у балерин), она по-прежнему живет своими прекрасными танцами, своим восхитительным искусством и передает свои знания и всё это чарующие мастерство другим!
Я видела Люсю на сцене и в начале, и почти в конце её творческой деятельности, на сцене театра. И потом, когда она вела балетный кружок и ставила балетные номера в клубе. Как талантливый, опытный мастер, работала она над исполнительской техникой и над созданием сценических образов!
Помимо балета она очень любила сад, работала в нём с увлечением, любит природу. Любит разные виды искусств: Разбирается в живописи, в музыке. И что – то улановское всегда чувствовалось в её исполнительстве. Она так же ВЕЛА музыку, музыка как бы ПЕЛА в ней, и была ВОЕДИНО с ней! А это – главное.
И ещё вспоминается её подвижничество. Иначе как назовёшь? Это – смелый, рисковый прыжок, полёт через всю сцену в «Летучей мыши» Штрауса.
Сколько же прекрасного было создано Людмилой Константиновной на подмостках нашего города! И пожелать ей надо здоровья, здоровья и здоровья и ещё много радостных лет! И ещё скажу:
Где ты озеро лебединое, пух лебяжий из детского сна?
Ты великой была балериною, лебединая песня моя!



Балет: учебное видео, мастер-классы, документальное кино, вариации и спектакли
Балет: учебное видео, мастер-классы, документальное кино, вариации и спектакли Балет: учебное видео, мастер-классы, документальное кино, вариации и спектакли
Балет: учебное видео, мастер-классы, документальное кино, вариации и спектакли

© 2005-2009 plie.ru
Классы |  Артисты |  Спектакли |  Словарь |  Обучение |  Контакты

Система Orphus
Ошибка или нерабочая ссылка? - Выдели ее и нажми CTRL-ENTER!